Вторая половина шестидесятых годов оказалась роковым временем для Александра. В 1865 г. от туберкулеза умер наследник престола Николай. Пришло время усталости и цинизма. Между Александром и императрицей нарастало отчуждение, которое вскоре уже нельзя было преодолеть. Ее серьезный характер и филантропическая деятельность не находили отклика в фривольном петербургском обществе и изолировали ее от последнего. Кроме того, императрица, принявшая православие, чрезвычайно серьезно воспринимала православную веру и вместе со своим духовником распространяла вокруг себя атмосферу мрачной набожности. Ее здоровье, ослабленное многочисленными беременностями и петербургским климатом, требовало длительного пребывания на зарубежных курортах. Вернувшись домой, она обычно неделями не выходила из своих покоев. В политическом отношении она вместе со своим сыном Александром, наследником престола, пыталась во всем поддерживать интересы православной церкви и славянского благотворительного комитета. Она все больше становилась на консервативные позиции. Жить в такой атмосфере Александру помогали увлечения другими женщинами, а двор дополнительно приписал ему несколько приключений. Неудивительно, что в подобных обстоятельствах царь нашел новую опору своей жизни в Екатерине Долгорукой. Он лично взял на себя опеку над Екатериной и ее пятью братьями и сестрами, что не было необычным для детей высшего дворянства. Весной 1865 г. царь, которому было 47 лет, признался в любви восемнадцатилетней Екатерине. Она сопротивлялась до лета 1866 г., и уступила постоянным домогательствам царя через несколько месяцев после покушения на него, совершенного Дмитрием Каракозовым. Когда стало ясно, что это не мимолетная любовная связь, то разразился скандал. Это повредило престижу Александра. Екатерина родила ему троих детей. После смерти императрицы весной 1880 г. Александр, вопреки советам своих близких друзей, женился на Екатерине и сделал ее княгиней Юрьевской. Скандал отдалил Александра от его первой семьи. На сторону своей матери стал в первую очередь наследник престола.
Еще две большие реформы были осуществлены в семидесятые годы — введение городского самоуправления в 1870 г. и всеобщая воинская повинность в 1874 г., закончившая военную реформу, длившуюся полтора десятилетия. Реформа городского самоуправления долго заставляла себя ждать. Центр сначала оказался не готов пойти навстречу требованиям городов. Первый проект Министерства внутренних дел предполагал предоставить выборным городским представителям только право совещательного голоса и прежде всего стремился укрепить роль дворянства. То, что несмотря на это соответствующий устав все же появился, явилось заслугой барона Корфа, бывшего теперь начальником Собственной его императорского величества канцелярии и уговорившего царя направить проект на изучение во Второе отделение канцелярии, где он провалился. После этого в январе 1870 г. Александр, как уже было при освобождении крестьян и земской реформе, создал специальную комиссию, стоявшую над министерствами и другими ведомствами. В комиссию входили брат царя, Константин, и другие испытанные реформаторы, возглавляемые князем Урусовым. Необыкновенно быстро разработанный проект, после совещаний с представителями общественности был утвержден Государственным советом. Хотя деятельность городской думы и ограничивалась местными вопросами и относительно плотно контролировалась из центра, возникло подлинное самоуправление. Недостатком оставалось то, что своего рода трехклассовое избирательное право существенно сужало круг избирателей.
Военные реформы, проводимые Дмитрием Алексеевичем Милютиным (братом Николая Милютина), назначенным в конце 1861 г. военным министром, были, возможно, самыми радикальными из больших реформ. Необходимость поддерживать боеспособность армии и одновременно жестко экономить, придавала реформам министра особую энергию. После отмены крепостной зависимости Милютин последовательно сокращал регулярную армию и формировал необходимый резерв. Он децентрализовал военную администрацию, создав 15 военных округов, которые взяли на себя также значительную часть штабной работы. Так удалось освободить тысячи мест в администрации. Доля военных расходов в общем бюджете существенно сократилась, хотя армия в то же время должна была перевооружаться на основе технических новшеств и формировать новые резервы. Милютин смог ввести всеобщую воинскую повинность только в 1874 г., после того как германо-французская война 1870–1871 гг. еще раз продемонстрировала эффективность такой системы. Закон больше не допускал никаких исключений, кроме сокращения срока службы в зависимости от уровня образования. Набор офицерского корпуса был демократизирован. Для простых солдат служба начиналась с обучения грамоте. Благодаря этому тысячи крестьян, которые возвращались в свои деревни, по крайней мере умея читать, могли принести в деревню немного образования.
