Пик, работавшие в Петербурге, знакомили рус. артистов с достижениями европ. хореографии. Классицизм на рус. почве обрёл черты патриотизма и гражданственности, что нашло отражение, напр., в балете Анджолини по трагедии А. П. Сумарокова "Семира" (1772). Лучшие танцовщики сочетали профессионализм с одухотворённостью. В становлении петерб. балета важную роль сыграло открытие в 1783 Большого (Каменного) т-ра, ставшего общедоступным. Здесь развернулась деятельность первого рус. балетмейстера, танцовщика и педагога И. И. Вальберха. Он выступил как представитель сентиментализма, превозносивший в чувствительных мелодрамах добродетель и порицавший порок. Ведущее место в его спектаклях занимала пантомима. Вальберх пост. первый балет из совр. жизни
- "Новый Вертер" С. Н. Титова (1799) и одну из первых версий шекспировского сюжета на рус. балетной сцене - "Ромео и Юлия" (1809). Антинаполеоновская война, охватившая Европу, отразилась в его патриотич. балетах-дивертисментах: "Новая героиня, или Женщина-козак" (1810), "Ополчение, или Любовь к Отечеству" К. А. Кавоса (1812) и "Торжество .России, или Русские в Париже" (1814) - оба совм. с Огюстом. Огромное влияние на развитие петерб. балета оказал Ш. Дидло. Знаток разл. европ. школ, он был свидетелем борьбы Ж. Ж. Новера с отжившими канонами придворного иск-ва, работал с Ж. Добервалем. Творчество Дидло в России совпало с подъёмом нац. культуры, что способствовало проф. росту петерб. балета, ставшего при нём одним из первых в Европе. На сцене Эрмитажного (открыт в 1784) и петерб. Большого т-ров Дидло ставил балеты на мифологич., историч., жанровые сюжеты, дивертисменты с разнохарактерными танцами. Танц. поэмы Дидло "Зефир и Флора" (1804), "Амур и Психея" (1809) и "Ацис и Галатея" (1916) Кавоса предвещали наступление романтизма. В них намечалось взаимодействие ансамблевого и сольного танцев. Героями пантомимных балетов на историч. сюжеты были борцы за свободу и справедливость ("Венгерская хижина, или Знаменитые изгнанники" М. А. Венюа, 1817;
"Рауль де Креки, или Возвращение из крестовых походов" Кавоса и Т. В. Жучковского, 1819). Дидло стремился к психологизации образов, драматизации действия. В 1823 он обратился к поэзии А. С. Пушкина, пост. балет "Кавказский пленник, или Тень невесты" Кавоса. Дидло сотрудничал с комп. Кавосом, Венюа, Ф. Анто-нолини, худ. А. Е. Кондратьевым, Д. Корсини, А. Каноппи, П. Гонзаго. В репертуаре, созданном Дидло, раскрывались таланты И. О. Гольца, М. И. Даниловой, М. Н. Икониной, А. И. Истоминой, А. С. Новицкой, Огюста, Е. А. Телешовой.
1830-е гг. ознаменованы утверждением романтизма на балетной сцене. После ухода Дидло в отставку петерб. балетом руководили А. Блаш (1832-36) и А. Титюс (1837-49), переносившие сюда очередные парижские премьеры, в т. ч. "Сильфиду" (по Ф. Тальони, 1835) и "Жизель" (по Ж. Коралли и Ж. Перро, 1842). В 1837-42 в Петербурге гастролировали Ф. и М. Тальони, показавшие все основные балеты своего репертуара, где действие обычно разворачивается параллельно в мире реальном и фантастическом. "Земную", действенную линию представляли в Петербурге балеты Перро, возглавлявшего труппу в 1848-59. В балетах "Эсмеральда", "Катарина, дочь разбойника" и "Фауст" ' Ц. Пуни драматизм возникал в противопоставлении страстей, характеров, обстоятельств. На петерб. сцене выступали известные балерины Л. Гран, Ф. Эльслер, К. Гризи, Ф. Черрито. Поэтика романтизма была близка рус. исполнительскому стилю. В репертуаре Тальони и Перро с успехом выступали Е. И. Андреянова, Н. К. Богданова, С. Н. Муравьёва, М. С. Су-ровщикова-Петипа. С 1834 и почти до конца века спектакли оформлял худ. А. А. Роллер, в работах к-рого преобладали приметы романтич. стиля, но в то же время его декорации ещё носили печать типового эффектного фона, надолго закрепившегося в практике муз. т-ра.
К кон. 1850-х гг. содержательность и одухотворённость образов романтизма императорских т-ров уступили место развлекательности. Основной ценностью становились танц. техника, разнообразие дивертисментов, модные "живые картинки". В 1859-69 в Петербурге работал балетм. А. Сен-Леон. Он поставил здесь балеты "Сальтарелло, или Страсть к танцам" (на собств. муз., 1859), "Гра-циелла, или Любовная ссора" Пуни (1860), "Севильская жемчужина" Пинто и Пуни (1861). Изобретательность хореографа, поражавшего сценич. эффектами, неожиданными дивертисментами, не компенсировала ничтожности содержания. Однако танц. богатство "Конька-Горбунка" Пуни
(1864) и вариации из др. его балетов вошли в классич. наследие.
