Все вышеизображенныя стихи приказал царь написать золотыми словами на картине и поставить
ЦАРЬ: Ты ли духовную бертолдову писал?
ПИСЕЦ: Я, государь.
ЦАРЬ: Давно ли?
ПИСЕЦ: Около уже трех месяцов.
ЦАРЬ: Возми ж ее и прочти, ибо такого писма, что почти все по обыкновению вашему под титлами писано, не могу я разобрать [781].
ПИСЕЦ: Я, государь, не умею инак кроме сего простова писма писать, понеже никогда не могл выучится
ЦАРЬ: Как твое имя?
ПИСЕЦ: Имя мое Церфоллий Виллупов [784], готов всегда ко услугам вашим.
ЦАРЬ: Подлинно хорошо твое имя, а еще прозвание и того лутче. Но мне кажется, чтобы тебе приличнее надлежало имя Имбролей [785], потому что опутываеш ты очень людей. Ну, взойди наверх и читай с радостию, господин Церфоллий, и говори крепко и не торопясь, чтобы мог я разуметь.
Во имя добраго начала или да будет в доброе слышание, ведаю я, Бертолд, сын бывшаго Борделаца Оралай Бертуцова, Бердинова и Бертолинова из Бретании
[787], что все мы смертны и что человек по вступлении в семдесятой год, как я ныне нахожусь, может сказать, а что он уже при дватцети трех часах и что может подождать еще, как ударит дватцать четвертой час, а потом — добра вам ночь. Однако ж я, пока у меня немного соли в тыкве (сиречь пока в чувстве)
[788], хочу привесть дела мои в состояние сим моим наипоследнейшим завещанием, так для моего удоволствования, как для возблагодарения свойственников
Во-первых, отказываю сапожному мастеру Бартолу Чаватинову [790]башмаки мои о четырех подошвах, восемь денежек ходячей монеты, понеже он весма мне был приятен и давал мне многократно на подержанье шила для починки моей обуви и для протчих моих нужд. Еще отказываю пажу придворному [791]Амвросию Евстолову [792]десять денежек, понеже он многократно приводил ко мне портнова для шитья штанов [793]и протчей, надобной мне работы.
Еще отказываю Барбе Самвукову [794], садовнику шляпу мою соломинную за то, что давал мне по свяске луку [795]по утрам для укрепленья моего желудка [796]и для апетита [797].
Еще Аллегрету келлер мейстеру [798]отказываю ремень мой долгой с мошною за то, что наливал мне всегда фляшку вина и другие исполнял мои нужды.
Еще Мартину повару отказываю нож мой с ножнами за то, что часто мне пекал он репу на угольях и варил мне кушанье из фасулей с луком, полезное моей натуре, лутше всяких птиц и рябчиков, и ушных [799].
Еще отказываю тетке моей Пандоре Бутагаровой
[800]перину мою, на которой я спал, да две простыни распущеные и три аршина холстины за то, что многократно мыла она мое платье и держала в чистоте мою посуду.
Еще отказываю Фиккету лакею придворному 25 галздуков [801]с хорошим ремнем за то, что провертел мой урилник [802]и принудил меня ссать [803]на кравать, и повесил у меня за краватью надпись наругателную [804], и другая многая насмешки мне учинил, и желаю, чтоб ему выдано то было прежде всех, понеже он самой пропащей человек.
ЦАРЬ: Сие будет исполнено, однакож читай еще, господин Церфоллий, досталное.
Еще об[ъ]являю, когда я прибыл сюда, чтоб не быть мне голодну [805], то оставил жену мою Марколфу с сыном моим именем Бертолдином, которому теперь около 10 лет, и не дал им знать, где я обретаюсь, дабы не приехали за мною [806]. И понеже имею я некоторой пожиток и несколкое число скота, того ради оставляю ее, Марколфу госпожею хозяйкою во всем моем имении, пока сын мой будет возрастом 25 лет, и от тогдашнего времяни да будет он сам хозяином во всем с таким договором, что ежели он оженится, то бы исполнял нижеписанное, а имянно:
Не тягался бы с болшими себя.
Не причинял бы убытку соседям своим.