В 1492 году царь Иван 111-й повелел заложить свой «Санкт-Петербург» – на берегу реки Нарова – Ивангород (аналогия уместная, так как петровский Санкт-Петербург так же возведен на берегах пресной реки и по ней так же суда выходили в соленое море Балтики). Тут же решив, что и «морским судам быть», так же приказал строить в Ивангороде порт и судоверфи. Едва застучали топоры русских корабелов на берегах Наровы, как в Кремле обрадовали отечественный торговый капитал. На Руси отменили льготы для купцов Ганзы – давних конкурентов русских на северо-западе. Ивану 111-му флот был нужен не как цель, а как средство – экспорт своих товаров. Но молодой Ивангород, как и позже Петербург, было легко «отключить» от моря, перекрыв выход из реки. Нужна было именно морская база. И осенью 1495 года русские войска и флотилия подошли к Выборгу – Русь начала войну со Швецией. Однако осада была неудачна. После тщетного штурма, 30 ноября русская армия ушла от Выборга.
От Выборга ушла, но русские взяли Полоцк, после чего ими было построено несколько крепостей, для того, что бы удерживать за собой реку и судоходство и мешать плавать по ней неприятелю. Река – это Двина, которая впадает в Рижский залив Балтийского моря. Сложилась необычная, говоря «шахматным языком» патовая ситуация. Русские еще не могли выйти в Балтику. Но и их враги уже не могли войти из нее к богатствам континента, что делало владение морем для них бессмысленным.
А летом 1496 года произошло событие, которое, несомненно, можно считать началом регулярного русского военно-морского флота. Точнее, первой известной крупной победой ВМС Московской Руси.
Продолжалась война со Швецией за выход к Балтийскому морю. В московских палатах умели разрабатывать глубокие операции силами похода эскадры не по реке, а по морю.
Братья-князья Иван Федорович и Петр Федорович Ушатые предложили ударить по шведам с севера. План царю понравился, он тут же повелел (в очередной раз!), что «морским судам быть» и профинансировал строительство кораблей эскадры из царской казны. Экипажи подбирались из тех, кому плавания в северных морях были хорошо знакомы: устюжан, двинян, онежан. В августе 1496 года русская эскадра покинула берега Белого моря и вышла в море Баренцево. Обойдя Кольский полуостров в районе Мурманского носа – князья-адмиралы атаковали побережье Швеции с севера. Удар был внезапным, ошеломляющим и чувствительным для шведов. Русские моряки потопили в открытом морском бою три шведских корабля и обрушились десантом на берег. «
15 пленниками войны было обычным делом. Московиты так же не были чужды этому, в конце-концов, если волжские и крымские татары угоняли в рабство славян, то почему им было нельзя? Они вели корабли с трюмами набитыми шведскими рабами. Переизбыток «живого товара» вызвал даже упадок цен на него – «
Интересно, что со Швецией позже воевали многие русские цари и императоры – последним – Александр 1. Но ничей флот подобной операции не предпринимал.
Поход князей-адмиралов братьев Ушатых в 1496 году стал дебютом русского ВМФ в Северном Ледовитом океане. И первым успешным морским походом регулярного военного флота Московской Руси в истории!
В том, что регулярного, государственного не может быть никаких сомнений, так как вряд ли братья-князья строили морские корабли за счет своих вотчин. А главное военно-морские силы Руси после этого события только крепли.
ЗАВОЕВАНИЕ СИБИРИ – СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ПОБЕДА ВОЕННО-
РЕЧНОГО ФЛОТА МОСКОВСКОЙ РУСИ.
Западноевропейские конкистадоры добирались до далеких земель преодолевая тысячи морских миль по мировому океану. Заслуги европейского морского флота в захвате колониальных земель неоспоримы. У московитов же, на Востоке от Руси простирался столь же непроходимый и необозримый «зеленый океан тайги». Сибирь, по объему земельных площадей, больше, чем все острова мирового океана открытые европейцами, вместе взятые. Но завевать ее можно было так же только с помощью военного и транспортного флота. Только не океанского, а речного.
Сухопутных дорог в те времена в Сибири не было. Никаких. Конному нечего было и думать проехать сквозь буреломы и сплошную чащу. Недалеко уйти и пешему. Да еще и с ношей. Только двигаясь по рекам, парусно-гребные суда могли преодолеть громадные расстояния. И преодолевали.
