Что же из этого следует? То, что главным предметом изучения русской культуры должно быть не что иное, как различение духов. Тех самых сил бесплотных, которые в ней присутствуют. Здесь важны и подлинные биографии художников, и понимание того, что Бог есть Слово, а диавол — словечки. Смотрите: рогатый взломщик по-бандитски ворвался в русский язык воровским жаргоном. Покрытый шипами «прикольщик», он вошел отравляющей инъекцией «молодежного» слэнга. «Пожилой джентльмен», он сетью агентов влияния рассыпался тысячами заимствованных, бесчувственных, неродных «единиц лексики»… Он каждый день отрывает от корня природные слова, и они катятся по пустыне фантазий в виде «перемещенных предметов». Он вообще хотел бы сплести метаязык, состоящий из подмигивания символов, текучего оборотничества компьютерных спецэффектов, шепотков-рыков какофонии ада. Из всего, составляющего сатанинскую пустоту виртуальной реальности. Ему уже почти удалось убедить: существует только то, что есть на телеэкране; если в этой призрачной плоскости тебя нет, то ты вроде и не существуешь.
Но как бы он не обманул себя сам. Мы — есть! Мы — за пределами пошлой двухмерности монитора, мы не учтены статистикой и рейтингами, мы не входим в «единодушный» электорат и тусовочную «элиту». Мы — в подлинной реальности, в которой «Евхаристия как вечный полдень длится». Мы — под ярким небом. Пускай на нем едва виднеется бледная луна, не будем ждать ее затмения: достаточно того, что мы знаем ее обратную сторону.
В нашем поколении, слава Богу, рождены изрядные люди. Те, кто выбивается из ряда отформованных, унифицированных личностей. О нашем времени они еще скажут слово, которое от Господа. Должны сказать, не претендуя на богослышание, а повстречавшись наконец с бесценным духовным наследием Отцов Церкви. С их трудами, каждое слово которых — не от прелестного желания услышать, а заслужено подвигом и дано Духом Святым. С их богомыслием, которого лишен был XVIII и отчасти XIX век. Оно пришло из пустыни раннехристианского Египта, пещер Каппадокии, келий Афона — к нам, в мир третьего тысячелетия.
Последние слова из предсмертной молитвы святого равноапостольного Кирилла звучат для каждого из нас:
Православное мировоззрение еще не закрыло свои глаза. Мы видим — и, значит, можем спастись.
Конец и Богу Слава.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8. Вавилон и Иерусалим. Ближневосточный конфликт в свете Библии. М. — Иерусалим. 2002.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17. Гностики или о «лжеименном знании». Киев, 1997.
18.
19.
20.
21. Диавол, его нынешние лжечудеса и лжепророки. Житомир, 2002.
22.
23.
24.
25. Святитель
26.
27. …И даны будут жене два крыла. М., 2002.
28. Как защитить вашего ребенка? М., 2002.
29.
