— Это его хобби, — подтвердил я, подавая ей тонкий бокал. — Если я когда-нибудь буду в Милане, я позвоню тебе, ты не против?
— Но… — Паола с недоумением взглянула на меня. — Разве ты… разве мы не будем там вместе?
— Нет, Паола, — я покачал головой. — Нет.
— Но почему? — Она ещё не понимала, как реагировать. — Что-то случилось? Я спрашивала у Филиппа, он сказал, что это вполне возможно, ты будешь занят здесь ещё пару дней, и всё… Я думала, что… Что ты будешь рядом со мной?
Паола окончательно растерялась. Я присел на ручку кресла рядом с ней и обнял за плечи, прижимая к себе. Опустив голову, она тихо произнесла:
— Почему, Андре? Я… я уже решила, где и как мы будем жить, и потом — я хочу, чтобы ты помогал мне, ты же превосходный специалист… Почему ты бросаешь меня сейчас, когда ты так нужен мне…
— Зачем, Паола? Чтобы организовать твою охрану? У тебя будут прекрасные специалисты. А устраивать мою жизнь за меня… Не стоит, наверное. Я долго добивался именно такой «неустроенности», и она меня — устраивает. Мы слишком разные люди, Паола. Ты стремишься стать «первой», а я — нет. Но и быть «при тебе» я не смогу. Роль принца-консорта не для меня. А других вакансий рядом с тобой нет и никогда уже не будет…
— Мы могли бы просто жить вместе…
— Вместе… Мне было безумно хорошо с тобой, и это могло продлиться ещё какое-то время — месяц, два… А потом? Ты сделала свой выбор. А лезть вместе с тобой на высокую золотую гору? Нет, Паола.
— Ты не любишь меня?
— Я любил маленькую девочку, которая жила в большом доме и плакала по ночам от одиночества. Помнишь её? И я никогда не смогу любить главу дома Бономи, Железную Леди со стальными когтями. Даже если она будет плакать по ночам… Нельзя жить с человеком только из жалости, понимаешь?
Она взглянула на меня, и на мгновение мне почудилась в её глазах та, прежняя Паола. Почудилась и — исчезла.
— Ты не любишь меня… — горько повторила она, словно подтверждая свою мысль. — Жаль! — И, резко вскинув твёрдый подбородок, она закончила: — Жаль, что всё именно так. Но я рада, что это выяснилось сейчас. Лучше быть отвергнутой сегодня, чем преданной завтра. Прощай, Андре. И — если ты когда-нибудь ещё окажешься в Милане… Не звони мне.
Резко развернувшись, она быстро вышла из комнаты.
Всю ночь я тупо пялился в телевизор и пил виски прямо из горлышка, вслух разговаривая с самим собой. Если бы я знал, как непросто будет вырывать из души ту часть «меня», в которой жила Паола… Возможно, всё было бы иначе? Не знаю… Наверное, нет. Но от этого мне не становилось легче.
А утром в мою комнату ворвался Рихо. За ночь я умудрился одиноко прикончить бутылку «Lagavulin», но даже это не помешало мне сообразить: он был страшно, феерически разъярён. Что совсем не походило на обычно спокойного Рихо Эвера.
— Где она? — заорал он с порога.
— Уехала, — ответил я, с трудом разлепляя глаза. Чёрт, надо же… Так и заснул в кресле.
— Как — уехала? Куда уехала? Какого чёрта?
— Чего ты орёшь? — поинтересовался я. Затёкшее тело болело в самых неожиданных местах, словно меня всю ночь сгибали мимо суставов. — Паола уехала в Милан, вчера, вместе с Филиппом, — по буквам сказал я.
— Да при чём здесь Паола?! Я говорю о твоей мамзели, этой Софи-ибн-Даше! Её нет нигде!
— Ну и что? — резонно спросил я.
— Что — ну и что? — опешил Рихо.
— Ну и что с того? На кой чёрт она вообще тебе нужна?
— О боже… — Он рухнул на кровать. — Как же тебе хорошо живётся…
— Твоими молитвами, — отозвался я. — И папиными заботами. Так я не понял — чего ты суетишься?
— Ладно, — Рихо обречённо махнул рукой. — Зная твой дурацкий характер, было решено тебе ничего не говорить. Слушай, ты и в самом деле ничего не знаешь? Она с тобой не разговаривала?
— Да о чём, скажи на милость? — взвыл я. — Я расстался с девушкой, с горя напился, у меня трещит голова, а тут врывается какой-то идиот и начинает загадывать мне загадки… Либо ты скажешь, в чём дело, либо я сейчас выкину тебя ко всем чертям, понял?
— Эта су… Эта твоя Даша — жена генерала Стрекалова, — устало произнёс Рихо. Подобрав с пола бутылку, он покачал ею перед глазами. — Ну, естественно… Всё высосал… Где у тебя бар? — И, не дожидаясь ответа, направился к стоявшему в углу бюро. У меня было полное ощущение, что я окончательно рехнулся.
— Рихо, — тихо позвал я эстонца. — Жена Стрекалова умерла. Лет семь назад. Ты ничего не путаешь?
— Я похож на идиота? — спросил он, возвращаясь со стаканом на кровать. — Твой Стрекалов — старый кобель. Пару лет назад он где-то подобрал эту девицу, долго охмурял её и, в конце концов, женился. Его уже тогда начали прижимать, так что всё это он держал в строжайшем секрете. Самое смешное, что эта дура в него влюбилась. Ты не пробовал её трахнуть? Меня она отшила мгновенно. Стерва…
Его сексуальные неудачи интересовали меня сейчас меньше всего. Суть происходящего по-прежнему оставалась совершенно недоступной для моего сознания.
— Подожди, — промямлил я. — Пусть она его жена, ладно. Но какого чёрта он послал её со мной? Он же прекрасно знал, зачем я еду? Надоела она ему, что ли?
