А уже 26 ноября 2004 г. на чрезвычайной ХІХ сессии Харьковского областного совета IV созыва Евгений Кушнарев сообщил:
Затем Кушнарев подвел черту:
Вот эти ключевые слова: «надзвычайний Iспит», «попросив підтримки у Матері Божої»! Жители всей Харьковщины видели на своих экранах, как при последних словах у оратора перехватило дыхание и выступили слезы на глазах. Сейчас понятно, что говоривший отдавал себе отчет в том, чем чреваты его действия. Но это был внятный, осознанный, неслучайный, неконъюнктурный выбор. И это был первый его шаг по пути, который мы теперь назовем дорогой на Голгофу. Всем стало ясно, какие ценности защищает этот человек невысокого роста, с красивым низким баритоном, которого еще недавно поругивали на домашних кухнях как представителя власти, вместе с тем почитая лучшим, толковейшим, самым интеллектуальным в стране мэром, а потом и губернатором.
Там – точка перелома, пункт, после которого не было возврата к компромиссам, втягиванию в новые игры (кандидат в президенты Ющенко предлагал Кушнареву перейти в лагерь оранжевых). Мы помним, как многие, включая тогдашнего мэра Харькова, самым крысиным образом потекли на оранжевую сторону, почувствовав, что та берет сиюминутный верх. Это о таких в 1919 г. написал Игорь Северянин, чье стихотворение «Крашеные» не утратило актуальности.
У стороннего наблюдателя возникло тогда ощущение, что обычно трезвомыслящий, прагматичный, умный Кушнарев словно отбросил корыстное, что он игнорирует осмотрительность, действует не как расчетливый политик, а как духовный вождь. Но в том-то и дело, что это и была миссия – понятая и принятая им. А он всегда умел брать на себя ответственность.