Внизу еще одна надпись: «THIS SCULPTURE/ WAS DEDICATED BY/ THE BISHOP OF FULHAM/ ON 2ND AUGUST 1986 TO/ REPLACE THE PREVIOUS/ MEMORIAL DEDICATED BY/ THE BISHOP OF LONDON/ ON 6TH MARCH 1982 WHICH/ WAS LATER DESTROYED BY/ VANDALS TO WHOM THE/ TRUTH WAS INTOLERABLE» («Эта скульптура освящена епископом Фулема 2 августа 1986 г. Она заменила собой ту, которая была освящена епископом Лондона 6 марта 1982 г. и позже уничтожена варварами, для которых правда невыносима»).
Интересное свидетельство давних русско-британских связей сохранилось в одном из самых примечательных лондонских строений – в здании «Монумента», памятника, воздвигнутого в ознаменование прекращения Великого пожара 1666 г. (см. главу «Топография Русского Лондона»). В 1989 г. лондонские реставраторы пригласили меня побывать внутри и подняться на верхушку знаменитого «Монумента», тогда стоявшего в лесах.
…В постаменте открылась незаметная дверца, и мы стали подниматься по крутой лестнице (311 ступеней) на смотровую площадку. Оттуда можно было любоваться прекрасным видом на лондонское Сити, на город в городе. Начали спускаться, и тут мой проводник обратился ко мне:
– Я думаю, вам будет интересно взглянуть на то, что мы нашли совсем недавно.
– Что же?
– Погодите немного.
Примерно на середине лестницы мастера меняли секцию железных перил. Старые детали лежали рядом. Мой знакомый поднял небольшую полосу, повернул ее, и в косом падающем свете я увидел клеймо – изображение соболя.
– Что это? – спросил мой проводник.
– Вот удивительно: ведь так клеймилось русское железо демидовских заводов. – ответил я[252].
В центре столицы Британии, самой мощной промышленной державы мира в XVIII столетии, в одном из самых известных памятников Лондона, использовалось русское железо. Почему же не британское? Ведь стране хватало собственного железа. Но нет, в то время металлургия Англии переживала не лучшие времена – железо выплавлялось на древесном угле, а леса были почти все уже сведены… В Англии в 1770 г. произвели 32 тыс. т чугуна, а в России в 1767 г. – 82 тыс. т. – в два с половиной раза больше. Англия почти полностью зависела от русского импорта. Особенно славились высоким качеством железа уральские демидовские заводы, подавляющая часть продукции которых шла на вывоз в Англию, этот так называемый «заморский отпуск» имел для демидовских заводов огромное значение.
В один из ремонтов, происходивших в конце XVIII в., и было использовано демидовское железо, честно проработавшее в Лондоне 200 лет. Вот так я прикоснулся (буквально!) к России в Лондоне.
Но это было не единственным материальным свидетельством русских связей в Лондоне. Немногие знают о том, что в одном из лондонских архивов хранится автограф… Пушкина. До недавнего времени никто и не знал о нем и, конечно, никто не мог и подозревать, что он находится в лондонском городском архиве, составленном, как и должно быть, из документов муниципальных служб, где автографу поэта из далекой северной страны, казалось, и места не должно быть.
Сообщение о пушкинском автографе появилось в справочнике о русских документах, хранящихся в британских архивах. И вот я, иностранец, беспрепятственно получил право работать в архиве точно так же, как и британский подданный, без всяких писем и справок. На моем рабочем столе лежала большая книга с надписью на затылке переплета «Letters», т. е. «Письма», но внутри переплета находились не только письма, но и самые разные документы – небольшие записочки, высказывания, отрывки из сочинений и конспектов, и все они были замечательны тем, что их авторами были известные люди. И кого только там не было! Наполеон, Вольтер, Шатобриан, Шелли, мадам де Сталь, Вордсворт, Вальтер Скотт, Талейран, Лафайет – словом, там собрался весь цвет политической и литературной Европы. В этом собрании автографов был вплетен и небольшой листок со стихотворением:
Внизу стояла подпись: «АПушкинъ». Это был вариант известного стихотворного послания В. А. Жуковскому 1818 г.
Коллекция автографов принадлежала Саре Софии Фейн, жене Джорджа Вильерса, графа Джерси. Салон леди Сары Джерси в 1810–1840-х гг. был одним из самых модных в столице Великобритании. По словам Байрона, очаровательная хозяйка салона, законодательница мод Лондона, была «самым настоящим тираном, который когда-либо правил модными шутами и заставлял их трясти своими шутовскими колпаками с колокольчиками». Портреты леди Джерси писали известнейшие художники Великобритании – Лоуренс, Ромни, Хоппнер; она послужила прототипом героинь двух романов популярного писателя и не менее известного политического деятеля Бенджамина Дизраели – «Сивилла, или Две нации» и «Конингсби, или Новое поколение».
