Застал я этот «английский клуб» в довольно плачевном состоянии, и тому были объективные причины. Западная группа войск (ЗГВ)[33] выходила из Германии, а вместе с этим исчезал товар, размещенный на их территории, а значит, и рынки сбыта разнообразной продукции. А эти господа из хайма уже привыкли успешно приторговывать, одновременно не расставаясь с социалом. Но теперь нужно было смиряться со своей гордыней. Вояжи в воинские части случались все реже, зато чаще они стали бывать на совместных посиделках для распития кофе, чая, пива, водки, вина. А сколько здесь было дискуссий, споров и, конечно же, сладких сердцу воспоминаний!..
Я был ими любезно принят и даже допущен на заседания клуба. Это было так своеобычно и интересно – вообразить трудно! Правда, позже у меня стали закрадываться серьезные сомнения и подозрения в правдивости всех этих крыжопольских жизнеописаний с хэппи эндами. Ошеломительные удачи этих джентльменов в советский период меня настораживали. Проверить все их легенды, истории и повествования было попросту невозможно – они (авторы) приехали из разных городов.
Эти экс-олигархи никогда не показывали своих фотографий или собственных видеофильмов, в отличие от их менее удачливых соотечественников – учителей, врачей, инженеров. А когда нечто подобное случалось, – по неосторожности, реже по глупости, – то абсолютно все становилось на свои места, а их рассказы можно было бы уже вносить в рубрику «Я мечтал бы так жить!».
Практически все они имели высшее образование и после института длительное время работали инженерами. А их рассказы о «буйстве капиталов» и о лихой жизни приходились именно на тот «инженерный период», когда их реальный доход был равен ужину в ресторане, где эти господа имели обыкновение, по их рассказам, оттягиваться.
Наслушавшись интересных историй, я пришел к выводу: так дальше нельзя – только слушать, нужно некое ответное действие. Тем более что мои, как мне раньше казалось, очевидные успехи могут показаться просто смешными по сравнению с успехами этих господ. И вот я думал, думал и надумал…
Единственной существенной трудностью было подговорить кузину Анну, поскольку без ее согласия и участия этот проект был бы просто неосуществим. А она, как я уже сказал, отношениями с ними очень дорожила. Итак, представьте: вечер, клуб в сборе – все происходит на общей кухне, что-то едят, что-то пьют, опять хвалят жизнь прошлую и ругают нынешнюю.
Меня весь день не было дома, и моя сестра запустила «дезу», будто я нашел ужасную работу «по-черному», с ежедневной оплатой. Поэтому мое появление на кухне с грязными руками и серой полосой на щеке (цемент) смотрелось вполне адекватно.
Я с шумом вошел на кухню и, изобразив крайнюю усталость, плюхнулся на стул и довольно внятно произнес:
– Сестра, налей двести пятьдесят граммов рабочему человеку – спасу нет, как устал.
Анна демонстративно наливает стакан водки, выкладывает соленый огурчик и кусок хлеба с солью.
В присутствии трех-четырех случайных свидетелей я махом осушаю стакан, крякаю и шумно занюхиваю хлебом. Закусываю огурцом, да так, что в тишине слышен его оглушительный хруст.
Устало поднимаюсь, громко говорю:
– Сначала душ, а после – ужин!
Отправляюсь в душевую и нарочито долго там моюсь. Возвращаюсь, сажусь за стол и чувствую на себе страждущие взгляды: на тот момент в кухне собрался весь деловой клуб.
Они молчат, молчу и я. Наконец кто-то не выдерживает и осторожно интересуется:
– А правда ли, что?…
– Так и есть, – важно отвечаю я. – Сам от себя такого не ожидал.
– Какая хоть работа?
– Каторжная – врагу не пожелаешь, – вздыхаю я. – Пришел состав с цементом в мешках – вот целый день и парюсь с тройкой таких же бедолаг: на горб по мешку-и взад-вперед шастаем. Конца и краю не видать. Правда, платят неплохо – тридцать марчелл (немецких марок) за час в одни руки!
И для достоверности швыряю на стол 180 марок, якобы полученных за 6 часов работы. Семь голов склонились над столом, и семь пар глаз уставились вначале на деньги, а затем на меня. Повисло молчание: никто не знал, как отреагировать, «не уронив себя и свое достоинство». Общий столбняк постепенно прошел и начался малый курултай – обсуждение.
– Нда, хм…
– Ни хрена себе!..
– Да я скорее руки отрублю, чем мешок на спине потащу…
И уже потеплее:
– Ты что, и завтра пойдешь?
– Пойду, братва, обязательно пойду, – киваю я и добавляю: – Уже с заходом на восемь часов, то есть на 240 марчелл!..
Затем я долго – для полной достоверности – описываю грязную и вонючую спецовку, которую пришлось надеть, и то, какой шеф хам: орет, гад, все время, измывается; и какая тяжелая работа и еще много всяких ужасов. Потом широко зевнул, потянулся и, извинившись, отправился в свою комнату отдыхать.
Ждать пришлось недолго. Вскоре раздался стук в дверь. Это был культурный и вежливый Дмитрий – «бывший олигарх» и «вице-президент» какой-то там компании. Шепча и воровато озираясь, пригласил меня в свои покои на рюмочку.
