8 августа 1945 года СССР расторг дипломатические отношения с Японией. Объявил ей войну и присоединился к Потсдамской декларации, требуя полной капитуляции. А на следующее утро три советских фронта ринулись вперед. Забайкальский и 1-й Дальневосточный должны были подрезать Квантунскую армию с флангов, сомкнуться и окружить ее. 2-й Дальневосточный наносил вспомогательный удар посредине, рассекал японскую группировку надвое. Советский Тихоокеанский флот был в то время молодым, небольшим по составу. Всего 2 крейсера, дюжина эсминцев, 80 подводных лодок, остальное — торпедные катера, тральщики, сторожевики. Куда уж мериться с американцами или хотя бы с остатками японского флота! Но морские силы Японии были оттянуты на юг, и наши моряки постарались отрезать Квантунскую армию от ее родины. Корабли вышли на морские трассы, флотская авиация бомбила порты.
В Приморье перед 1-м Дальневосточным фронтом оборона была самой мощной. Здесь ощетинилось амбразурами и распласталось полями минных и проволочных заграждений 8 укрепрайонов. А на направлении главного удара в ночь перед наступлением разразилась буря, страшная гроза. О поддержке авиации говорить не приходилось, даже артиллерия не могла бить прицельно. Но Мерецков принял дерзкое решение атаковать вообще без артподготовки. Пускай прикрывает непогода! В ночной темноте, под сплошными потоками дождя передовые отряды пограничников и пехоты переплыли Уссури. Японцы никак не ждали появления русских в такое ненастье, наблюдатели попрятались. Но слепящие вспышки молний отразились вдруг на остриях штыков, из шквалов бури вынырнули солдаты, мокрые и неукротимые. Сваливались в укрытия и блиндажи, в унисон с оглушительными раскатами грома загрохотали гранаты. К утру наши воины уже углубились в неприятельскую оборону на 10 км.
В пробитые бреши ринулась 5-я советская армия. Суйфыньхэйский укрепрайон пал за один день. На флангах фронта буря не подыграла, завязались серьезные сражения. Но методы прорыва были хорошо отработаны. Долговременные огневые точки расстреливались тяжелой артиллерией, их подрывали саперы. Севернее 5-й наступала 1-я армия. Она серьезно отстала — ей пришлось без дорог пробираться через горы и пади, покрытые зарослями тайги. Кое-как расчищая себе путь, войска ползли по 5 км в день. Но и японцы не предполагали, что на этом направлении может пройти армия. Продравшись через леса, она резко увеличила скорость. Бросилась догонять 5-ю армию и с ходу влетела в большой город Муданьцзян. Здесь пересекались дороги, связывающие воедино все восточное крыло японского фронта! Неприятельское командование спохватилось, стало перекидывать сюда резервы. Яростной контратакой они выбили из города советские авангарды. Но подтягивались другие соединения 1-й армии, за Муданьцзян закипели упорные бои.
Однако основной сюрприз врагу преподнес Забайкальский фронт. Тут оборона была пожиже, опорные пункты располагались реже. Японцы пребывали в уверенности, что крупным войсковым объединениям в здешних краях наступать невозможно, да и незачем. К границе прилегала знойная пустыня Гоби, горы Большого Хингана. Перекрыть перевалы в горах было не так уж сложно. Неужели сюда полезут русские? Даже когда стало ясно, что СССР вскоре вступит в войну, японское командование считало этот участок безопасным.
Оно даже не прекратило других операций. Раньше громило войска Чан Кайши, а сейчас переключилось на коммунистов. Справедливо рассчитало, что Чан Кайши отплатит Мао Цзэдуну за прошлые подвохи, выручать не будет. Японцы развернули наступление на 8-ю китайскую армию (коммунистическую), окружили ее под Линцюанем. Уже неделю она сидела в блокаде, и неприятели вели перегруппировку, чтобы совсем добить ее.
Но именно отсюда, с западной стороны, СССР наметил прорезать глубокие тылы Квантунской армии. Войска Забайкальского фронта выдвигались на исходные позиции очень скрытно. Японцы не подозревали, какая масса войск накапливается в Даурии и Монголии. А в ночь на 9 августа пришли в движение единственная да Дальнем Востоке танковая армия (6-я генерала Кравченко), четыре общевойсковых армии, конно-механизированная группа Плиева — в ее состав вошла и армия союзной Монголии. Укрепрайоны противника, Халун-Аршанский и Хайларский, не атаковали. Их блокировали сильными заслонами и обошли. Наши штурмовые отряды смели японские заставы в промежутках между опорными пунктами, в прорыв сразу вошла танковая армия, на полной скорости устремилась к горам Большого Хингана.
