Когда началась Война и командиры частей вскрыли секретные пакеты, в которых были указания по их действиям на случай начала войны, то буквально у всех их оказались инструкции по наступлению с распределением целей наступления и в какое время данные цели должны быть достигнуты. Ни в одном секретном пакете в тысячах советских воинских частях, от полков до армий, не было сказано ни одного слова про оборону. В соответствии с данными приказами большинство командиров наших частей при отсутствии связи с высшим командованием и стали действовать - принялись атаковать лоб в лоб наступающего противника, и некоторым нашим частям даже удалось повоевать несколько дней на территориях Германии и Румынии, после чего большинство из них было окружено и полностью уничтожено.
Гитлер, как и планировал, первым напал на СССР, чему аплодировал весь Запад. Но остаётся огромной загадкой, почему Сталин никак не отреагировал на информацию о том, что Гитлер нападёт на него именно 22 июня? Он не форсировал сроки нападения на Германию, а ведь напади он хоть днём раньше, даже несмотря на неполную готовность Красной армии к вторжению в Европу, как отмечают все объективные историки, ход Войны был бы диаметрально противоположным. Наши самолёты в считанные дни уничтожили бы немецкую авиацию, это наши танки расстреливали бы не успевающие взлететь немецкие самолёты на немецких аэродромах, это у Красной армии была бы стратегическая инициатива, и фашисты, совершенно не готовые к обороне, нацеленные только на наступление, оказались бы в состоянии дезорганизации и хаоса, это немецкие части окружались бы нашими войсками одна за другой и впоследствии уничтожались бы. Представьте себе, что произошло бы, если бы не относительно слабая, хотя и отлично обученная, организованная и дисциплинированная немецкая армия напала бы на большую Красную армию, а наоборот, советская военная машина внезапно бы напала на небольшую (по сравнению с ней) немецкую армию?
Другой вариант действий Сталина - он мог бы отдать приказ отвести войска, в первую очередь танки и авиацию, от границы, тем самым оградив их от первого, самого убийственного немецкого удара, а в целом войскам приступить к созданию оборонительных рубежей. В этом случае могло получиться так же, как во время Курской битвы, только по всей линии советско-германского фронта - вымотав войска противника стратегической обороной, затем перейти в контрнаступление и перенести войну на территорию противника. Почему Сталин не поверил в то, что именно 22 июня начнётся война? Игорь Бунич самым подробным образом исследовал этот вопрос. К Сталину поступала информация со всех сторон - от нашей разведки, причём от разных, независимых друг друга источников, от наших дипломатов, из Коминтерна и даже секретных сообщений от других стран. Сталин, до этого изрядно "вычистивший" советскую разведку, совершенно ей не доверял. Так, с 1935 года до начала Войны было сменено семь руководителей Главного разведывательное управления (ГРУ), шестеро из которых были расстреляны. Огромное количество советских разведчиков было репрессировано, большинство расстреляны. Многие, опасаясь возвращаться в СССР, становились предателями и перебежчиками. Попадала на стол Сталина и дезинформация. Здесь нельзя не упомянуть о величайшем дезинформаторе всех времён и народов, премьер-министре Великобритании Уинстоне Черчилле. Страстно желавший столкнуть Германию и СССР, Черчилль тем не менее ясно понимал, что для максимального ослабления обеих врагов Британии, то есть и Германии, и СССР, обязательно нужно, чтобы Гитлер первым напал на Сталина. В противном же случае Англию ожидает ещё бо'льшая катастрофа, чем та, которую она переживала весной 1941 года, ибо напади Сталин на Гитлера первым, Красная армия уже к осени будет стоять на Ла-Манше, и Британию будут бомбить уже не несколько сотен убогих немецких самолётов, от бомбёжек которых Англия и то уже до предела изнемогала, а десять или двадцать тысяч советских, которые одними своими авиаударами уничтожат сначала всю английскую промышленность, потом вооружённые силы Британии, а затем и собственно Британское государство. Отлично понимая, насколько Сталин ему не доверяет, Черчилль, из сообщений собственной разведки зная конкретную дату нападения, 22 июня, сообщил о ней Сталину, будучи абсолютно убеждённым, что последний ему не поверит, а значит Гитлеру удастся внезапно напасть на СССР, что для Британии было бы наилучшим вариантом развития событий. План Черчилля сработал блестяще - Сталин, которому Черчилль сообщил чистую правду, принял её за откровенную дезинформацию, и точно для себя решил, что если нападение Германии и произойдёт, то точно не 22 июня.
