Если после Сталинграда Сталин хоть как-то начал прислушиваться к мнению наших высших военачальников, большинство из которых, впрочем, были полными бездарями, плохо образованными военному делу сталинскими холуями и учились воевать уже в ходе Войны на наших солдатах да на собственных ошибках, каждая из которых обходилась нашему народу от десятков тысяч до миллионов бездарно и бессмысленно погубленных солдатских жизней, то в 1941-1942 годах Сталин действовал как абсолютный самодур. Он, считая себя военным гением, отдавал стратегические приказы, передвигая по карте военных действий целые миллионные фронты так, как ему взбредёт в его штатскую голову, зачастую вопреки мнению и самих начальников фронтов, и мнению генерального штаба, и наших наиболее талантливых военачальников, которые, к счастью, у нас тоже были. Так, в сентябре 1941 года он, вопреки мнению даже своего любимца и друга по гражданской войне Будённого, совершенно непонимающего новые, изменившиеся условия войны, но в данном случае совершенно верно просившего Сталина отступить и сдать Киев, категорически отказался это сделать. В результате под Киевом было окружено несколько наших армий, безвозвратные потери только в результате этого сталинского просчёта, одного из бесконечной череды его военных ошибок, составили не менее 700 тысяч человек, Киев же всё равно был сдан. Эти 700 тысяч жертв сталинской ошибки - очередная личная вина Сталина.
Пятого января 1942 года, решив что победа в Битве за Москву уже переломила ход Войны, Сталин отдаёт приказ о стратегическом наступлении на всём протяжении советско-германского фронта, что привело к новой полной катастрофе для наших войск на протяжении почти всего 1942 года.
На севере с целью разблокирования Ленинграда по приказу Сталина началась Любанская операция, в результате которой за первые четыре месяца пытавшиеся наступать Волховский фронт и 54 армия Ленинградского фронта потеряли убитыми более 300 тысяч человек, что составляло 95 % личного состава, не достигнув никакого, если не считать огромных потерь, результата! Однако Любанская операция по приказу Сталина продолжалась, соответственно трагедия приобрела ещё бо'льшие масштабы, когда в окружение попала 2 ударная армия, командующим которой был назначен один из любимых командиров Сталина Андрей Власов. Вторая ударная армия попала в окружение из-за того, что она единственная из четырёх армий, которые должны были наступать по всему фронту, смогла прорвать вражеский фронт на узком участке, остальные же три армии практически остались на своих позициях, не сумев пробиться сквозь мощную оборону немцев. В такой ситуации любому курсанту-первокурснику военного училища ясно как божий день, что наступление надо прекратить, максимально расширить горловину нашего выступа и усилить фланги прорвавшейся на несколько десятков километров вперёд армии. Однако ничего из этого сделано не было, в том числе и из-за отсутствия необходимых резервов, никто приказ о наступлении не отменял, и наши наступали, пока была хоть малейшая возможность, всё более и более углубляясь в мешок будущего окружения. Немцы как по учебнику прорвали фланги 2 ударной армии и окружили её, после чего приступили к уничтожению попавших по вине Сталина во вражескую ловушку наших войск.
Положение армии было настолько критическим, что бойцы неделями получали продовольствия по 50 граммов сухарей в день, что в несколько раз меньше, чем были продовольственные нормы в блокадном Ленинграде в худшие из его дней. Варили все кожаные вещи (ремни и другие), пытались есть их. В умирающей от голода армии возникали даже случаи каннибализма. Власов из принципиальных соображений отказался от эвакуации на посланном за ним самолёте, не желая покидать своих обречённых солдат, затем в результате предательства попал в плен, но сам в плен не сдавался. Ответственность за гибель 2 ударной армии, лишь несколько тысяч бойцов которой всё же смогли вырваться из окружения, целиком и полностью лежит на Сталине, а также на его комиссарах Маленкове, Мехлисе и Ворошилове, которые добивались от руководства Волховского фронта и его армий выполнения приказа Сталина. Это означало, что совершенно неподготовленные к наступлению войска, без танков, авиации, при слабой артиллерийской подготовке гнали в лоб на немецкие пушки и пулемёты. Комиссары посылали в атаку один раз, второй, третий, и так до тех пор, пока ещё было кого посылать. Неудивительно, что наши потери составили 95 %!
