Удивительно, написал про Любанскую операцию и только сейчас заметил совпадение! В первой части книге, где я писал об умирании русской деревни, я приводил цитату из книги А.Н. Радищева "Путешествие из Петербурга в Москву", отрывок из главы "Любань", в котором автор на примере любаньского крестьянина говорит о жесточайшей эксплуатации помещиками крепостных крестьян по всей России, а если говорить прямо, о положении всех российских рабов. Сейчас на примере Любанской наступательной операции, проводившейся в районе той самой, радищевской, Любани, бывшей в XVIII веке станции на дороге из Петербурга в Москву, хотел показать отношение Сталина к русским солдатам, которые были для него такими же безропотными рабами, и которых, всегда плохо подготовленных, всегда в спешке, почти всегда без тщательного планирования, он по своей прихоти постоянно придумывал посылать то в одно наступление, то в другое, всегда бессмысленное и заканчивающееся обычно одним и тем же - чудовищными потерями наших солдат. Впрочем, как известно Сталина никогда не интересовали наши потери, а всегда исключительно потери врага. Любанская операция - лишь одно из сотен подобных сражений Войны, бездарно проведённых нашим высшим командованием и лично по приказу Сталина.
Сталин знал только одну военную и стратегию, и тактику - атаковать противника в лоб, что Красная армия и делала с начала войны вплоть до штурма Берлина. Схема с первого дня Войны была одна и та же. Сталин отдаёт приказ о наступлении какого-либо фронта или нескольких фронтов. Наши солдаты атакуют немцев как правило в лоб. Ценой огромных потерь нашим удаётся прорвать линию фронта на одном или нескольких участках. С "шашками наголо" мы бросаемся в прорыв, стремясь как можно более глубоко вклиниться на территорию фашистов. Фланги наших наступающих войск защищены слабо, чем пользуются немцы и наносят по ним удар, тем самым окружая наши армии и целые фронты. Затем начинается уничтожение попавших в котёл наших войск, тщетно пытающихся прорвать окружение и двигающихся уже в обратную сторону, на восток даже с ещё бо'льшими потерями, чем когда наступали на запад. Обычно удаётся выйти из окружения лишь крайне малой части наших войск. Тем временем наш фронт на данном участке оголяется, немцы переходят в контрнаступление и в конечном итоге линия фронта значительно отодвигается на восток по сравнению с положением перед началом нашего наступления. Наши потери исчисляются от десятков тысяч до миллионов человек, как это было в первые недели 1941 года.
Неоценимую помощь верховному главнокомандующему в осуществлении контроля над выполнением его безумных и бездарных приказов оказывали его комиссары, ещё до Войны бывшие главными сталинскими палачами, которых он десятками рассылал по фронтам и армиям, и это не считая политруков, которые находились в самих частях согласно штатному расписанию. Большевистские комиссары всю войну только тем и занимались, что, сами всегда находясь позади войск, гнали наши войска вперёд, в лобовую атаку, на штурм хорошо подготовленных вражеских укреплений. В блокадном Ленинграде первым секретарём обкома был фаворит Сталина Жданов, тоже один из любимых сталинских приспешников, активно участвовавший в проведении репрессий. В Смольном Жданов и его сподручные, другие большевистские комиссары жрали чёрную и красную икру, фрукты, пили лучшие грузинские вина и армянские коньяки, доставляемые персонально им самолётами. На горы хлеба на столах в столовой Смольного (столовая - не для Жданова, для его обслуги) никто даже не смотрел, его можно было есть сколько угодно, только выносить еду было нельзя. В это же самое время в окружающей Смольный ленинградской ледяной зимней мгле ежедневно умирали от голода и холода в худшие месяцы блокады тысячи людей, и в первую очередь - дети. В одной из самых горькоправдивых книг о Войне великого русского писателя Виктора Астафьева "Прокляты и убиты" в полной мере показана преступная деятельность комиссаров и политруков, смыслом которой было уничтожить как можно больше наших солдат.
Ещё одной функцией комиссаров было руководство заградительными отрядами, не дававшими нашим обескровленным, вымотанным боями с немцами до предела частям, с минимумом боеприпасов, с одними винтовками и гранатами отбивающихся от вражеских танков, отступать, даже раненым. Заградительные отряды, всегда прекрасно вооружённые, всегда с большим количеством пулемётов и автоматического оружия вместо того, чтобы быть направленными на помощь нашим войскам, направлялись против наших войск, заставляя их бессмысленно погибать под натиском превосходящих сил врага. Заградотряды - это ещё одно бесчеловечное изобретение грузинского выродка, тридцать лет насиловавшего Россию.
