Главной чертой старых большевиков, вступивших в партию чисто по идеологическим причинам, до мозга костей поверивших в коммунизм, была их жертвенность, готовность к самопожертвованию. Уверен, что это было у всей верхушки большевиков, правда это у них сочеталась и с жаждой власти, и с ненавистью к самодержавию, либералам, буржуазии и вообще всей старой царской России, а ненавидели они её люто, за что распяли и изнасиловали. Присутствовала ли жертвенность в молодом и горячем грузине Иосифе Джугашвили, в принципе непонятно с какого перепугу решившего стать именно большевиком, хотя его натуре вроде бы больше соответствовал эсеровский терроризм? Думаю, да, была и в нём. Он, правда, не сражался на московских баррикадах в 1905 году, но зато участвовал в грабежах и разбоях (называемых большевиками экспроприациями) на Кавказе, что не никак не характеризует его как труса. В 1917 году он принимал самое активное участие в подготовке Октябрьского переворота, будучи верным соратником Ленина и во всём его поддерживая. А ведь это тоже было делом довольно рискованным, не сапоги тачать. Во время Гражданской войны он немало поездил по фронтам, где близко сошёлся с Будённым и Ворошиловым. Хотя в окопы не совался, сидел в основном в штабах, но война есть война, несёт в себе большой риск для всех, даже для высших военачальников. Внутрипартийная борьба была делом более безопасным, и Сталин, увлёкшись ею, мало чем рисковал. В двадцатые годы даже полное исключение из партии и изгнание со всех постов не означало, как десятилетием спустя, неизбежного ареста и расстрела.
Тем не менее, колоссальное нервное и умственное напряжение в ходе внутрипартийной борьбы; постоянное вынужденное, "стальное" сдерживание эмоций, а ведь Сталин был внутренне крайне эмоциональным человеком; неожиданное и потрясшее Сталина самоубийство любимой жены Надежды Аллилуевой в 1932 году; ряд неудачных покушений на него самого; репрессии против бывших партийных товарищей и соратников, так сказать, вкус первой крови - всё это привело Сталина, имевшего, видимо с рождения крайне неустойчивую психику, к тяжёлой форме психического расстройства не позднее середины тридцатых годов, а скорее всего ещё раньше, если он вообще не был болен с самого рождения. Сталин, получив наконец абсолютную власть в СССР, перешёл определённую грань, начав физическое устранение своих партийных соперников, они же бывшие соратники и товарищи по партии. И Сталин отлично понимал, что если вдруг он потеряет власть, одновременно с ней потеряет и жизнь. Думаю, что именно с этого времени в Сталине появился постоянно нарастающий с годами патологический страх как симптом тяжёлого психического расстройства. Этот страх заставлял его подписывать смертные приговоры даже по малейшему подозрению людей во враждебности к нему. Страх Сталина разогнал советскую государственную репрессивную машину на полную мощность - Сталин предпочитал расстрелять миллион невиновных, лишь бы не пропустить хотя бы одного, пусть даже потенциального врага.
Вместе с получением Сталиным абсолютной власти на 1/6 части суши в середине тридцатых годов, в СССР окончательно оформились некоторые фундаментальные изменения. Точно так же, как нельзя назвать точную дату, когда именно Иосиф Сталин стал полновластным диктатором в СССР, нельзя назвать и конкретные даты у этих изменений. Происходили же они постепенно, в течение примерно двадцати лет после Октябрьского переворота, одновременно с таким же постепенным сосредоточением единоличной власти в руках Сталина.
