совершенное существо", „дочь вечности, с которой вообра-
жение срисовало все виды и образы мечты" (ч. III, 15 е.).
Можно найти в их произведениях почти дословные совпа-
дения: де Местр занят сочинением „системы мира" (II, 15),
Вельтман заявляет вошедшему приятелю: „Сочиняю систему
мира". Причем де Местр начинает: „Я думаю, что простран-
ство есть"... следует перерыв и, затем, в главе 16-й пароди-
руется отвлеченность философских определений: „Я думаю,
что пространство бесконечно, творение также, и что бог
создал в своей вечности бесконечность миров в беспредель-
ности пространства" (XVI гл.). В. употребляет тот же прием
(XX гл.): „Вселенная есть... человек есть... жизнь есть... По-
добные определения не совсем ясны, но время их дополнит
и объяснит". После чего он прибегает к математическому
толкованию со знаком бесконечности с X и У.
Таким образом, „Странник" сочетал в себе два западных
источника Стерна и де Местра, которые хорошо знакомы рус-
ской массовой литературе этого времени. Это позволяет гово-
рить об общем ф о р м а л ь н о м т е ч е н и и целой литера-
турной эпохи, направленном на разрушение старых и искание
новых приемов повествования.
Подражателем Стерна на русской почве является непо-
средственный предшественник Вельтмана Яков де Санглен 2)
с его сочинением: „Жизнь и мнения нового Трист-
рама", М., 1829.
Сюжет — история деда от рождения и до женитьбы дан
с соблюдением всех особенностей „шандеизма" — излагается
он с бесконечными перерывами, отступлениями в виде беседы
с читателем. Предисловие попадает в 6-ую главу, история
деда, начавшись в 7-й, прерывается различными размышле-
ниями, в числе которых интересно отметить традиционное
рассуждение — о „путешествии в креслах" (гл. 21), где ука-
заны все удобства и приятности его. „Ах, куда же девался
наш дедушка?" — вспоминает вдруг автор (гл. 53) о своем
герое с тем, чтобы снова потонуть в нескончаемых беседах
1) Гл. XXXIII.
2) Я. И де-Санглен оставил также свои „Записки", напеч. в „Р. Ста-
рине" 1883 г., III.
1361
о веселости, о табаке, об Аристотеле, Гомере, Киргизских
ханах и затем воскликнуть: „Опять деда нет! Я оставил деда
на квартире, прихожу, — деда нет, — он тайно от меня выехал
из Бильбао. Взгляните на жалкое мое положение" (ч. II, 18 г.).
Мы найдем з^есь то же нанизывание афоризмов, ссылки
на исторических лиц, по чисто случайным ассоциациям: на-
пример, рассказ о зубной боли королевы английской вставлен
потому, что у автора болят зубы; —игру именами: „но де-
душка! в твое время известны были Твисден, Спарке, Тирелль,
