Мягкий наполнитель – конечно, не бог весть какая замена жидкому центру, но это значит, что там, в сферах, которые, в отличие от Академии наук, могут реально повлиять на язык, кому-то что-то когда-то режет ухо. Ура!
Да и мои любимые пастила со вкусом йогурт и зефир с ароматом клубника фабрики “Ударница” тоже, видимо, в результате происков зануд вроде меня, были переименованы в пастилу со вкусом йогурта и зефир с ароматом клубники.
Или вот еще: торговый центр “Мега” проводит предновогоднюю рекламную кампанию. Ну, помимо чудной формулировки шопинг подарков (шопинг здесь управляет родительным падежом по аналогии со словом покупка), замечательно вот что. В прошлых рекламных кампаниях “Мега” писала ключевое слово шопинг через два п (Отдайся шоппингу, Шоппинг от всей души), а теперь последовательно пишет через одно п, как рекомендуют авторитетные словари.
Вообще орфографисты выбрали написание без удвоения согласной скорее на том основании, что в произношении никакого долгого согласного тут нет, а многие заимствованные слова в русском языке не сохраняют написание с двойной согласной (например, слова офис или адрес). Но, по-моему, тут важно еще вот что. При написании шоппинг слово shopping заимствуется в готовом виде, а написание шопинг наводит на мысль о том, что оно прямо в русском языке имеет свою внутреннюю форму: что -инг – это почти уже русский суффикс (есть же слова типа зацепинг), при помощи которого от почти уже русского слова шоп и образуется почти совсем уже русское слово шопинг. И удвоению согласной тут взяться тогда неоткуда, правило же действует в английском языке, а не в русском.
Но авторы новой рекламной кампании едва ли руководствовались этими соображениями. Они ПРОСТО ПРОВЕРИЛИ ПО СЛОВАРЮ. А проверив, пересмотрели всю свою рекламную продукцию и все исправили. Ура! Ну, почти все. Трогательный след этой титанической борьбы виден на рекламном буклете: “Ваш путеводитель в мир Мега”, где крупно написано Шопинг подарков, а повыше более мелко – шоппинг, досуг, комфорт. Проглядели. Ну да ничего, прощаем, старались же.
<p>Роскошь человеческой коммуникации</p><p>Снова о словах</p>В телепередаче Александра Архангельского “Тем временем” говорили как-то о феномене Живого Журнала. И вот в какой-то момент состоялась короткая пикировка между журналисткой Анной Наринской, весьма критически отзывавшейся о ЖЖ, и Антоном Носиком – создателем Lenta.ru и одним из отцов-основателей русского ЖЖ. В ответ на какую-то реплику Наринской Носик, слегка даже раздраженно, сказал: “Ну зачем употреблять слово общение, когда есть слово коммуникация?” Все развеселились, так что ответ журналистки “Мы же по-русски говорим!” потонул в общем смехе. Такая реакция понятна: реплика Носика прозвучала как парадокс, поскольку в ней вывернута наизнанку стандартная формула блюстителей чистоты языка – мол, зачем новое заимствованное слово, когда уже есть старое (хотя зачастую старое – тоже заимствование или, как в случае с общением, калька). Ну там, зачем нам чужое слово брокер, когда есть хорошее русское слово маклер. Или тем более – зачем слово имидж, когда есть образ.
Услышав слова Носика, я чуть не подпрыгнула от восторга.
Приятно все-таки, когда жизнь подтверждает науку. Дело в том, что лингвисты уже обратили внимание на специфику русских слов общаться и общение.
Анна Вежбицка отметила эти слова в числе “культурных” русских слов, не имеющих английских эквивалентов. По ее мнению, в русском языке существует “культурный скрипт”: “Хорошо, если человек хочет сказать другим людям, что он думает/чувствует”, что и проявляется в таких выражениях, как излить душу, душа нараспашку, а также и в слове общение.
О специфике русского общаться написала Анна Зализняк. Это слово обычно подразумевает, что люди разговаривают в течение некоторого времени, преимущественно с целью поддержания душевного контакта, ощущения общности. Общение в русской языковой картине мира – это большая ценность и источник радости.
В последнее время появились смешные употребления глагола общаться и его производных применительно к конкретным ситуациям:
Маша там общается по телефону с Петей, дообщается и придет.
Прообщались три часа.
Надо общнуться.
Театральный критик Майя Туровская связывает такое распространение глагола общаться в обиходном языке с театральным жаргоном (в системе Станиславского общение – одно из центральных понятий).
