Прапорская мафия, узнав, что я в город вернулся, быстро вышла на связь. Встретились в том же кафе, что и в первый раз. Только теперь это заведение принадлежало Мойше Лейбовичу, то-бишь, мне. Потому выглядеть стало гораздо симпатичнее, а подаваемые блюда съедобнее. Сидели в отдельном кабинете, предназначенном только для меня. Кроме Чухно, Гунько и Лифшица присутствовал еще один низкорослый худой мужичок неопределенного возраста в форме офицера милиции. Точно по пословице: маленькая собачка до старости щенок. Зато фамилию он носил громкую – Великанов. А еще он был двоюродным племянником Чухно. Седьмая вода на киселе, но это не помешало им найти друг друга и замутить свой уже немаленький гешефт. Великанов попросился на личную встречу, и я разрешил ему прибыть. А когда здоровался – порылся в его сознании. Интересного мало, обыкновенный стяжатель в погонах. Одни его «соплеменники» на улицах старушек да пьяных обирают, а этот умыкнутым имуществом приторговывает.
Мелкому Великанову я дал высказаться первому. И заслушался! Предложил он весьма обширный ассортимент милицейской экипировки, количество тоже впечатляло. Правда, с ценой он ошибся. Поправлять пришлось:
– Так когда, говоришь, ревизию-то ждете?
О ревизии он не говорил, потому вытаращил на меня глаза и проблеял:
– Через неделю… А откуда?..
– От верблюда, отрезал я. – Так сколько ты за все хочешь?
Старший лейтенант милиции назвал уже более скромный порядок цифр. Я согласился, но с условием, что все снаряжение он должен будет привезти самостоятельно и завтра. За что добавил 10 % к запрошенной им сумме. Расстались более-менее довольные сделкой: я – более, он – менее. Что поделаешь, кто владеет информацией, тот и диктует цены. Он был вынужден согласиться, иначе после ревизии все выявленные излишки достались бы вышесидящему.
Гунько как всегда предложил десяток АКМ, три ручных пулемета и… полторы сотни трехлинеек-мосинок. По десять долларов за штуку. Я едва не обалдел! Посмотрел на хохла удивленно:
– Им лет-то сколько? Они, наверное, уже даже на переплавку не годны!
– Возраст да, приличный, – блеснув хитрым глазом произнес Гунько. – Только они в войсках небыли, так и пролежали на складах. В ящиках даже упаковочные листы сохранились, что на заводах клали.
– Случаем, ППСов ни откуда не привезут? Так же, в заводской упаковке? Или ППШ?
– А что? – насторожился прапор. – Интересуют? А «Арисаки» японские?
– Где я патроны на этот антиквариат брать буду? Ты подумал, прежде чем предложить?
Хохлы-прапора переглянулись, и Чухно ответил:
– Патроны ТТ есть, а для японцев поищу.
– Минимум по тысяче выстрелов на ствол. Тогда и о цене поговорим.
Самым счастливым в этой компании был, на мой взгляд, «запорожец» Чухно. Брал я у Грицка (под полтинник лет, а все Грицко) «товар» если не «КамАЗами», то «УРАЛами». И не по одному, а сразу несколько. Чего мелочиться? Да и вдруг «Хохло-Супермаркет» закроют. Хоть и «крыша» ФСБэшная, но нет абсолютной страховки от случайно прилетевшего «метеорита-нежданчика». Нет, надо искать выходы на производителей и официальных поставщиков всего этого продукта. А еще лучше – иметь свое производство. Мечты – мечты!.. Но Михаила Михайловича я этим вопросом озаботил. Да и пора уже о делах наших коммерческих поговорить.
Договорившись с прапорами о порядке доставки оговоренного, я их отпустил. Остался один Лифшиц. Смотря на меня грустными глазами больной собаки, он произнес:
– Сегодня я мало что предложить могу. Хлам везут. Но вот тут такое дело образовалось, может, заинтересует?
– Что за дело? Опять кто-то долевое участие предлагает?
– Вообще-то – да! Пригнали ко мне девять БМП-1. Пулеметы и ракетные установки с них до того еще поснимали, а вот пушки в башнях остались. Гладкоствольные. «Гром» называются, 73-мм.
– А стрелять-то с них чем?
– Эта пушка создана на базе СПГ-9 «Копье» – станкового противотанкового гранатомета. Боеприпасы у Чухно должны быть.
– А износ стволов?
– Ты же знаешь, что я провожу техконтроль поступающего из частей тяжелого вооружения. И заключения даю, что в металлолом, а что на склады мобхранения. Мои спецы смотрели, замеры делали. Три забраковали, а вот шесть еще постреляют.
– Беру. Ну а про какое долевое участие ты мне сказать хочешь?
– Майор есть один, командир рембата. После разоружения БМПэшки к нему попадут. Так вот: он предлагает двигателя с них купить. Двигателя у этих машин очень удачные, дизель УТД-20, 6 цилиндров, мощность 300 лошадок. Он им капиталку сделает. Клянется, что моторесурс будет как у новеньких.
– Мотористы у него кто, солдаты? Кто топливные насосы высокого давления регулировать будет, форсунки опрессовывать? Тоже желторотики?
– Солдаты у капитана год на побегушках и подхвате. На втором году только к выполнению самостоятельных работ допускаются. И то под присмотром. А топливной аппаратурой у него прапорщик занимается. Он в батальоне уже лет двадцать служит. На слух неисправности двигателей диагностирует. Так что гарантию майор смело дает.
