Так же через портал вернулся к входу на базу-Комплекс. Терзал вопросами инопланетные электронные мозги долго, но ясности не добился. Плюнув на поиски объяснений этого феномена, стал собираться в обратный путь. Комплексу приказал вести добычу золота до полного истощения наличных людских ресурсов. Пси-излучатель для восполнения числа рабочих не включать. Вход в Комплекс замаскировать. Высвободившихся от несения караульной службы дронов перепрограммировать на поиск и добычу алмазов, необходимых для поддержания работоспособности самого Автономного Комплекса. Ввести программу на уничтожение всех разумных существ, приблизившихся к Комплексу ближе десяти километров. Не хочу, чтобы кто-то тут в будущем с ломом порезвился. При понижении энергетического запаса дронов до минимального не критического немедленно сообщить мне. Снизить активность и ждать моего прибытия.
Отдав приказания и получив подтверждение принятия их к исполнению, покинул Комплекс. За моей спиной с тихим шорохом закрывались двери, отсекая инопланетную технику от окружающего мира. Последним закрылся выход на поляну. Оглянувшись, я увидел только ровную скалу. Режим маскировки был уже включен. Надев шлем, я пошагал по тропинке, протоптанной украденными у меня людьми. Ставшая по осенне-зимнему времени жесткой трава расправляться и подниматься не желала, потому тропинка была хорошо различима. Остановился возле трупа рептилоида. Немного подумав, вынул саблю и отсек ему голову. Закатил ее на кусок холстины, что была у меня вместо полотенца. Завязал узел и сунул в заплечный мешок. Сувениром будет, как череп косатки, что с Мыса привез. Еще раз обвел взглядом поляну, перекрестился и активировал антигравитационный пояс. Антиграв поднял меня на три метра над землей и плавно понес на восток, к лагерю моей едва не сорвавшейся экспедиции.
Полет продлился всего полтора часа. Удобная штука – авиация. Даже такая экзотическая, как гравипояс. Только пришлось испытать некоторые неудобства: встречный ветер вышибал слезы из глаз, мешая следить за местностью, полы кафтана развивались как птичий хвост, и было довольно холодно. А еще сабля, полностью лишенная какой-либо аэродинамики, колотила по заднице. Надо будет на будущее это все учесть.
Заметив поднимающийся в небо дымок, опустился на землю. Остаток пути прошел пешком. Незачем пока людям знать, что у меня такое в хозяйстве появилось. Встретили меня, как и ожидалось, бурно. Все-таки наступал вечер третьего дня, и людям надо было решать, что дальше делать: ждать меня еще или сниматься поутру и уходить на побережье. А я пришел. И этот вопрос автоматически переходил в мою компетенцию. Что решу, тому и подчинятся.
То, что построил из имеющегося под рукой материала Шатун, назвать лагерем римских легионеров язык не поворачивался. Но что построил, то построил. Нет здесь, на нагорье, достаточного количества леса. Зато много колючих кустов. Вот из них и была возведена ограда – существенная защита от проникновения кого-либо внутрь лагеря.
В центре лагеря стояла моя палатка. Со столом, полатями и скамейками. На них и расселись мои соратники. Я молча водрузил на стол узел с головой рептилоида и развязал узел. Командиры молча рассматривали трофей.
– Сатемпо, – прервал я затянувшуюся паузу. – Возьми бурдюк с самогоном и засунь туда эту голову. И поручи кому-нибудь приглядеть за моим трофеем, чтобы не потерялся.
– Слушаюсь, Великий! – Сатемпо встал и отдал честь.
– Садись. Объявляю режим кают-компании. Без старшинства. Я рассказываю, что узнал, потом каждый высказывает свое мнение.
Предупредив присутствующих о высшей степени секретности того, что они сейчас услышат, я рассказал о древнем чудовище, о его магических способностях мгновенного перемещения и воздушных полетов. О том, что теперь эти способности достались мне, и я ими намерен воспользоваться. Предупредил, что зло, сотворенное чудовищем, развеется возле горы Итамбе еще не скоро. Потому подходить к ней ближе, чем на десять верст запрещаю. О последнем приказал довести до сведения всех остальных уругвайцев, уцелевших после нападения. Говорить же о том, что чудовище-рептилоид это инопланетянин, присланный сюда Оператором Комплекса по добыче полезных ископаемых и их экспорту на другую планету, хрен знает, где находившуюся, я не стал. Поймет, о чем я говорю, только Шатун, да и тот будет весьма удивлен. Остальные же… Им хватит и того, что я сказал, чтоб ночь не спать, обсуждая. А когда увидят!
– А что с людьми-то уведенными? – задал вопрос Потап.
– К сожалению, это больше не люди. Мне не удалось вернуть им человеческую сущность.
– Жаль мужиков. Сирот-то сколько осталось!
– О сиротах позабочусь. На свой кошт возьму.
