– Именно так. Осторожней, вы сейчас врежетесь!
– Черт! Правда, чуть не влетел… Подрезают тут, на дороге, всякие джипы! Если бы столкнулись, я б ему показал, где раки зимуют.
– Кто – кому…
– Анна! – побагровел Баринов.
– Молчу, молчу. Просто я успела заметить – там лихой джигит за рулем сидит.
– Ты меня в ступор ввергла. Значит, родственница… – вернулся к интересной теме Баринов.
– Ближайшая.
– В смысле?
– Отчество – Арвидовна.
– Неужели дочь?
Анна кивнула:
– Вполне возможно.
– Незаконная?
– Так точно.
– И она старалась все узнать о родственниках. О балете.
– Совершенно верно.
– Интересно, как давно Лена заинтересовалась своими родственниками?
– Подозреваю, полгода назад. Когда бросила училище.
– Каким образом одно связано с другим?
– Девушка разочаровалась в жизни, – лаконично сказала Анна. – Все стало бессмысленным и ненужным. Особенно не хотелось работать за копейки.
– А почему?
– Учитывая кругленькую сумму, которую нашли при ней… – начала Анна.
– Черт! – Баринов резко затормозил. – Все один к одному! Как же я раньше не догадался? Имел место элементарный шантаж!
– Похоже на то. Но вас ждет крупная неприятность.
– Какая?
– Вы опять чуть не врезались в джип. И джигит направляется к вам для разборки.
– Этого еще не хватало!
После минутного препирательства выяснение отношений было закончено. Джигит укатил восвояси, больше не делая попыток расставить точки над i.
Баринов сел за руль красный. Глянул на спутницу:
– Ты что смеешься?
– Я? Просто видели бы вы себя со стороны.
– И что?
– Не сотрудник милиции, а Дон Корлеоне. Такие манеры, интонации.
– Не расшаркиваться же мне перед всякими братками! Слушай, мы ведь о Мартинсоне говорили, так что не будем отвлекаться на посторонние темы. Как думаешь, девчонка шантажировала своих родственников?
– А почему бы и нет?
– Надо выяснить, кто перечислил ей на расчетный счет деньги. Это – раз. Второе: надо срочно еще раз поговорить с ее матерью. Это – два. Потом опросим других сотрудников интернет-кафе. Они могут что-то добавить к имеющейся информации. Это – три. С одним мы поговорили. Остались двое. Левон и Наташа.
– Ира, – поправила начальника Анна.
– Да, еще я чуть было брата девчонки не забыл. Нужно побеседовать и с ним. Хотя он жил отдельно и у него своя жизнь, но с сестрой все же общался. Так что может сообщить полезную информацию.
– Фронт работы вы хорошо обозначили. Будем действовать вместе?
– Так мы не успеем, а время дорого. Я буду выяснять насчет того, кто перечислил деньги, поговорю с братом. Тебе – все остальное. Ты хорошо с людьми ладишь.
– Комплимент – лучший подарок для женщины? – усмехнулась Анна. – Чем там у нас женщины любят, ушами? И вы действуете в соответствии с народной мудростью?
– Ну сама посуди. Ты же психологией увлекалась, подход к людям знаешь. Тебе и карты в руки. А потом… – Баринов искоса посмотрел на Зарубину. – Это я так, чтобы ты взбодрилась.
– Хорошенькие у вас методы работы с подчиненными!
– Я же вижу, ты совсем закисла после отъезда сестры.
– Вам кажется.
– Я не слепой.
Анна вздохнула и кивнула:
– Очень жалко было с Люськой расставаться. Такая забавная, родная. Когда я ее еще увижу? Через год!
– Потому я тебя и загружаю под завязку. Работа иногда спасает.
– От чего?
Вопрос на минуту повис в воздухе. Потом Баринов хлопнул ладонью по рулю:
– От всего, дорогая коллега, от всего.
Анне приснился страшный сон. Она застонала и проснулась. И не сразу поняла, где находится.
Потом сориентировалась в пространстве: она в своей квартире на Зеленом проспекте. Спит. Точнее, спала несколько минут назад. Анна протянула руку к тумбочке и посмотрела на будильник. Три часа ночи. Ей снилось что-то ужасное. Но вспомнить, что именно, она не могла. Ну и хорошо! Гораздо хуже, когда сны вспоминаешь и проживаешь их заново. Лучше – не помнить.
Зарубина встала и пошла на кухню. Налила в чашку холодной воды и задумалась. Люся с Галей уже в Германии. Она – расследует новое дело. Все вернулось на круги своя. Но почему нельзя остановить время и вернуться назад? Опять погулять с Люсей в зоопарке… Поесть мороженое…
Говорят, ученые скоро разгадают тайну времени. Им можно будет манипулировать по собственному усмотрению. Время станет доступным. В каждый его отрезок можно будет перенестись. И даже что-то в прошлом отменить. Захочешь забыть плохое событие – сотри отрезок времени. И оно исчезнет. Словно и не было.
Люся стояла перед глазами Анны как живая. Девочка была здесь, ходила, смеялась…
Анна стукнула кулаком по столу. Даже если она будет откладывать деньги весь год – на поездку в Германию ей не накопить, так что придется смириться с неизбежным: Люсю не удастся увидеть еще долго. Примерно год.
Зарубина ощутила, как по ее щекам текут слезы, и шмыгнула носом. Баринов прав: нужно с головой нырнуть в работу. Иначе она совсем раскиснет. И не помогут занятия йогой, которую она практиковала. Быть полностью отрешенной и спокойной у нее никак не получается. Наверное, для этого надо было родиться в другое время и в другом месте.
Утром Анна созвонилась с Мариной Николаевной и сказала, что должна задать ей еще кое-какие вопросы.
