Рашшад с наслаждением окунулся в бассейн и, вынырнув, посмотрел на рабыню. Девушка сидела на бортике, красиво изогнувшись в тонкой талии, и перебирала волосы. Царь в два гребка пересек бассейн, положил ладонь на холодное покрытое капельками воды шелковистое бедро Зули.
— Мы хотели подарить тебя, — сказал он, — но не подарили. Ты должна быть нам благодарной.
— Я благодарю царя, — ответила девушка и так посмотрела Рашшаду в глаза, что у того сжалось сердце. Что-то странное было в ее взгляде, что-то такое, чего Рашшад никогда не видел в женских глазах. — За все.
— Тогда поцелуй нас, ну же! — приказал царь, касаясь губами маленького остроконечного ушка.
— От всего сердца, — шепнула рабыня и с неожиданным рычанием вцепилась Рашшаду в шею, прокусив в мгновение появившимся острыми клыками артерию, утаскивая за собой на дно бассейна, вода в котором начала быстро окрашиваться кровью.
Незадолго до полуночи к воротам роскошной виллы Нинурты подъехали три всадника, несмотря на духоту закутанные в длинные плащи. Стража пропустила их в усадьбу. Двое остались с лошадьми во дворе, третий вошел в дом.
Нинурта, невысокий полный человек с невыразительным лицом и крашеной заплетенной в мелкие косички бородой, сидел у окна на резном табурете. Кроме принца в комнате были еще два человека. Когда гость вошел, Нинурта сразу велел не тратить времени на приветствия, а говорить по делу.
— Они воют, рвут на себе одежды и посыпают головы золой, — сказал гость, худой смуглокожий человек с бритой головой и золотым знаком придворного мага на груди. — Весь город в ужасе. Только и разговоров, что о вампире, убившем бедного царя.
— Ты о моем старшем брате говоришь, Зарашин, — произнес Нинурта. — Имей уважение.
— Да, государь, — маг низко поклонился.
Нинурта отпил из кубка, который держал в руке и посмотрел на застывшего у накрытого стола сатрапа Ширхадана. Сатрап с самым скучающим видом разглядывал выкрашенные алым лаком ногти на своей правой руке.
— Мой подарок сделал свое дело, — произнес Ширхадан, заметив, что новый царь Ашарханда смотрит на него. — Рано или поздно это случилось бы.
— И долго мне еще здесь сидеть? — недовольным тоном спросил Нинурта.
— В бедных кварталах неспокойно, чернь волнуется, испуганная известием о смерти царя, — ответил сатрап. — Как только мои воины наведут в городе порядок, мы отправимся в Изарат, и ты займешь престол.
— Мне придется изображать скорбь, — заметил принц.
— Причем глубокую и самую искреннюю. А еще, ты должен выглядеть испуганным. Твой брат убит вампиром — какой ужас! Такого еще не случалось в истории Ашарханда. — По лицу Ширхадана невозможно было понять, шутит он или говорит серьезно.
— Самое забавное, — добавил до сих пор не принимавший участие в разговоре начальник тайной канцелярии Зу-Акир, — сегодня во время утренней аудиенции мне показалось, что его величество собирался подарить этого гуля мне в знак особой милости. Но почему-то изменил решение.
— Наверное, так распорядилась судьба, — напыщенно произнес Зарашин, подняв к потолку руки.
— Представляю, как ты перепугался, Зу-Акир. — Генерал посмотрел на побледневшего Нинурту. — Не забудь заготовить речь, которую произнесешь на похоронах Рашшада. Она должна быть такой, чтобы все рыдали. Даже я.
— Может быть, мой брат не заслужил такой смерти, — задумчиво сказал Нинурта. — Но дело сделано.
— У нас не было другого выхода, — заявил Зарашин.
— Рашшад был опасен, — Ширхадан взял с блюда на столе кисточку винограда, начал есть. — Твое счастье, Нинурта, что он считал тебя глупцом, только поэтому тебя заживо не сожрали клещи в подземной темнице. Покойный не любил тех, кто мог сравниться с ним в богатстве и любви народа. Он был ревнив и беспощаден. Еще немного, и наша жизнь закончилась бы на колу.
— Все могло сорваться из-за малейшей мелочи.
— Но не сорвалось. И главное, смерть от кинжала или яда могла вызвать ненужные вопросы. А тут получается, что Рашшад погиб из-за собственной неосторожности и любви к женским прелестям.
— А где вампир? — спросил Нинута.
— Исчез, — ответил Зу-Акир. — Сгинул без следа, проклятая нежить.
— Бедный царь, — заметил Ширхадан, — погиб из-за черного эльфийского колдовства. Эльфы кровью заплатят за это преступление.
— Воистину, мы можем собой гордиться, — вставил Зарашин. — Мы разработали блестящий план и блестяще его осуществили.
— Отчего погибну я, Ширхадан? — внезапно спросил Нинурта.
— Великое Солнце, что за мысли? — ужаснулся маг, дуя себе за пазуху.
— Ты умрешь от старости, как величайший царь за всю историю Ашарханда, — спокойно сказал Ширхадан. — Как победитель и завоеватель Гардлаанда, Эленшира и Алмута, усмиритель мятежных ашарди, живой бог, подаривший стране небывалое могущество. Но все это придет не сразу. Для начала тебе следует научиться говорить о себе "мы", а не "я". Еще тебе понадобятся мудрые и верные советники, и ты знаешь, где их взять.
— Да, знаю, — Нинурта внимательно посмотрел на генерала. — Мой брат тоже знал это. Но ошибся в выборе себе на горе.
НАЧАЛО
