Я хотел ответить, но тут в тумане вокруг нас раздался такой громкий, дружный, многоголосый и тоскливый вой, что кони испуганно заржали, Флавия завопила, а у меня изо всех пор на теле выступил ледяной пот. Ощущения были самые кошмарные.
Беа рванулась вперед, мы за ней. Не могу сказать, сколько продолжалась эта бешеная скачка — наверное, долго. Мы неслись по раскисшей дороге, и грязь из-под лошадиных копыт летела фонтанами, а вслед нам несся повторяющийся время от времени вой, и казалось, что с каждым разом он становится все ближе.
Вокруг нас замелькали деревья — странные, корявые, с грубой корой, похожие на головешки, — а еще через пару минут прямо перед нами выросла высокая, в четыре человеческих роста, стена из необработанного камня. Над стеной в пелене тумана угадывались очертания круглой зубчатой башни.
Еще несколько мгновений мы неслись галопом вдоль стены, пока справа от нас не открылся вход во двор крепости. Ворота, покорежившиеся и изъеденные ржавчиной, были распахнуты наружу. Мы вихрем пронеслись мимо них и завертелись во дворе, пытаясь успокоить лошадей. Беа первой соскочила с седла, бросилась к воротам, чтобы закрыть их. Я поспешил ей на помощь. Высокие окованные железом створы оказались очень массивными, петли, на которых они висели, проржавели насквозь, и нам даже не удалось сдвинуть их с места.
— Лошади! — крикнул я.
Беа поняла. Метнулась к своему коню, сорвала с луки седла свернутую кольцом прочную веревку из сыромятной кожи, быстро нацепила петлю на луку, а второй конец бросила мне. Я трясущимися руками вдел его в скобы засова и туго затянул. Беа повела лошадь в повод, створ дрогнул и с противным скрипом пополз по замшелым растрескавшимся плитам, закрывая вход. Точно также мы закрыли второй створ, и вовремя: совсем рядом от нас, за мгновение назад закрытыми воротами раздался злобный вой, исторгнутый не меньше чем двумя десятками тварей. Я выругался и показал вытянутый средний палец в сторону запертых ворот.
Для надежности мы приперли ворота стоявшей во дворе четырехколесной повозкой, и только после этого успокоились. Еще какое-то время за воротами слышался тихий скулеж и царапанье, но потом стало тихо.
— Вот уж повезло, так повезло! — сказал я, вытирая со лба заливающий глаза пот. — Хорошо, что набрели на эту усадьбу.
— Это какой-то сторожевой пост, — сказала Беа, глядя на башню. — И здесь недавно кто-то был.
— С чего взяла?
— Посмотри на следы копоти от факелов над входом в подвал. Совсем свежие следы.
— Ужасное место, — произнесла Флавия, ежась то ли от холода, то ли от страха.
— Зато мы за крепкими стенами, — возразил я. — Пересидим ночь, а утром туман рассеется, и мы поедем дальше.
Беа попробовала открыть низкую дверь в цокольный этаж башни, но она оказалась запертой на ключ.
— В форте есть люди, — сказала она. — Или были совсем недавно. Замок недавно открывали.
— Наш визит может им не понравиться, — заметил я.
— Надо посмотреть внутри башни, — предложила Беа. — Должен быть вход.
Со двора на стену вела каменная лестница в два пролета. Мы поднялись по ней и смогли оглядеться. Туман, из-за которого мы заблудились, стал реже, и нас окружал лес. Дремучий, дикий и зловещий. И еще, стало холодно. Мы будто из погожего теплого лета за какой-то час перенеслись в позднюю осень. Сырой пронизывающий ветер налетал обжигающими порывами, и больше всего хотелось в тепло.
Мы прошли по стене, поднялись по еще одной лестнице и оказались в каких-нибудь десяти метрах от башни, которая, будто толстый каменный палец, торчала из кубического цоколя. Подходы к башне справа и слева защищали деревянные рогатки на козлах. Такие же рогатки были густо расставлены на стенах по всему периметру двора. И вот тут нас ждал сюрприз. Беа не ошиблась: в стене башни была дверь. Она внезапно открылась, и из башни вышла фигура весьма странного облика. Это было так неожиданно, что Флавия вскрикнула и прижалась ко мне всем телом, а Беа вскинула арбалет.
— Опусти оружие, девка, — спокойным голосом сказала фигура. — Такими вещами не шутят.
— Ты кто такой? — спросила демонесса, не опуская арбалет.
— Человек. Не демон, не вампир, и не привидение — просто человек по имени Джуно Холшард, рыцарь Холодного Ключа. А вы — сиды и люди? Неожиданная компания, клянусь величием Хейма. Живые, настоящие? — Тут он обратил в нашу сторону раскрытую ладонь. Похоже, сканировал.
— Самые настоящие. — Я едва не рассмеялся, уж слишком нелепым был вид этого «рыцаря»: высокий, худой, с давно не стриженой седой бородой и отросшими до середины спины волосами, в изорванном и перемазанном дегтем и жиром камзоле, Джуно Холшард больше смахивал на привокзального бомжа. Однако за правым плечом у него висел весьма внушительных размеров двуручный меч в ножнах.
