В 1716 году новообращенный еврей Серафинович опубликовал «Изложение еврейских церемоний», в котором обвинил евреев в использовании крови христиан в различных магических целях: для обмазывания дверей христиан, для подмешивания в мацоту, которую едят на Пасху, для пропитывания ткани, содержащей заклинание, призванное защитить дом или принести успех в делах. Евреи вызвали Серафиновича для защиты своих обвинений и собрали коллегию раввинов и епископов, чтобы выслушать его; он не явился, но переиздал свою книгу.28 Неоднократно евреев обвиняли в убийстве детей, чтобы получить христианскую кровь; польские евреи были вызваны на суд по таким обвинениям в 1710, 1724, 1736, 1747, 1748, 1753, 1756, 1759, 1760 годах; во многих случаях их пытали, в некоторых случаях до смерти; некоторых сжигали заживо; некоторые медленно умирали от укусов.29 Напуганные евреи обратились к папе Бенедикту XIV с просьбой прекратить эти обвинения; доказательства «за» и «против» были представлены кардиналу Кампанелли; получив доклад от папского нунция в Варшаве, он издал меморандум о том, что ни в одном из случаев вина не была доказана. Римский трибунал инквизиции поддержал меморандум кардинала. Нунций сообщил польскому правительству (1763), что «Святой Престол, исследовав все основания этого отклонения — что евреям нужна человеческая кровь для приготовления пресного хлеба», — пришел к выводу, что «не существует никаких доказательств, свидетельствующих о правильности этого предрассудка».30 Папа Иннокентий IV сделал аналогичное заявление в 1247 году. Но аберрация продолжала существовать.
Страх перед резней был частым элементом в жизни польского еврея. В 1734, 1750 и 1768 годах банды казаков и русских православных крестьян, организованные как гайдамаки (бунтовщики), разоряли многие города и села в Киевской, Волынской и Подольской губерниях, грабя имения и убивая евреев. В 1768 году налетчики везли с собой «золотую грамоту», ложно приписываемую Екатерине II, в которой им предлагалось «истребить поляков и жидов, осквернителей нашей святой религии»; в одном из городов, Умани, они вырезали двадцать тысяч поляков и евреев. Екатерина направила русскую армию совместно с польскими войсками для подавления налетчиков.31
В Германии евреи находились в относительной безопасности и процветании, хотя и страдали от различных ограничений в экономической и политической жизни. В большинстве княжеств с них взимались специальные налоги.32 Закон разрешал жить в Берлине только ограниченному числу евреев, но этот закон соблюдался слабо, и берлинская община росла числом и богатством; подобные еврейские поселения существовали в Гамбурге и Франкфурте. Более тысячи еврейских купцов приняли участие в Лейпцигской ярмарке в 1789 году.33 Немецкие правители, даже католические князья-епископы, нанимали евреев для управления финансами или снабжения армий. Йозеф Оппенгеймер (1692?-1738), известный как «еврей Зюсс», служил в этих и других качествах курфюрсту Палатина в Мангейме и Карлу Александру, герцогу Вюртембергскому. Его мастерство и промыслы обогатили его и герцога, а также нажили ему множество врагов. Обвиненный в злоупотреблениях на монетном дворе, он был оправдан следственной комиссией и возведен в члены Тайного совета герцога, где вскоре стал доминирующей силой. Он изобрел новые налоги, создал королевские монополии и, очевидно, принимал взятки, которые делил с герцогом.34 Когда герцог предложил поместить все церковные деньги в центральный государственный банк, протестантское духовенство вместе с дворянством выступило против герцога и его министра. 3 марта 1737 года герцог внезапно умер; армия и гражданские лидеры арестовали Оппенгеймера и всех евреев Штутгарта. Оппенгеймера судили и осудили; 3 февраля 1738 года он был задушен, а его труп подвешен в клетке на публичной площади.35
