Темпы роста советского выездного (заграничного) туризма в 1955–1991 гг., осуществлявшегося по линии профсоюзов (без учета безвалютного профсоюзного обмена) через «Интурист», заметно уступали темпам роста въездного и особенно внутреннего туризма. Но постепенно это направление оформилось в самостоятельный вид путешествий, имевший стабильную динамику роста. Для «Спутника» также характерно устойчивое превышение объемов въездного туризма над выездным (хотя и не столь значительное, как во «взрослом» туризме).
Практически только эпоха Горбачева стала «последним крупным этапом в истории туризма как “продолжения политики иными средствами”». Более того, распад СССР сделал «все рассуждения о политической эффективности туризма бессмысленными»[327]. Однако в предыдущие десятилетия был накоплен значительный арсенал туристских форм и методов, в котором политика и идеология занимали центральное место. Перед отделами Правления, отделениями и агентствами «Интуриста» на местах постоянно ставилась задача не только организации выезда групп советских туристов за границу, но и наблюдения «за политическим эффектом поездок советских туристов»[328]. В связи с этим Э. Горсач отмечала, что установки на поездку и поведение советских людей обусловливались «чувством тревоги и ситуацией соревнования двух систем, порожденной холодной войной». В этом же контексте зарубежный и вообще международный туризм можно считать частью «культурных олимпийских игр» и «формой дипломатии» периода холодной войны[329]. Правда, слишком обобщенным и упрощенным представляется заявление канадской исследовательницы, что «капиталистический туризм был связан исключительно с практиками досуга», а советский имел «строго целенаправленный характер»[330].
Как и в случае с посещением СССР иностранцами, поездки советских граждан за рубеж рассматривались как деятельность на «передовых позициях» холодной войны, когда «…глобальная идеологическая борьба фокусировалась на соперничестве систем за каждого отдельно взятого человека»[331]. Поэтому неудивительно, что каждый советский турист, выезжавший за границу, априори рассматривался системой как своего рода «полномочный представитель», «промоутер»
С самого первого выездного года руководство советских профсоюзов стремилось обеспечить информационную поддержку советского выездного туризма. Так, об отъезде ленинградских туристов сообщили в «Ленинградской правде», «Вечернем Ленинграде» и по радио. По возвращении из поездок некоторые туристы выступили с лекциями, в печати и по радио. В июньском номере журнала «Нева» за 1956 г. были размещены записки туриста Бориса Тимофеева «По дорогам Югославии» и стихи Бориса Лихарева «В стране друзей», написанные по впечатлениям о поездке в Чехословакию. Аналогичные путевые заметки «По городам Югославии» туриста В. Миндлина были опубликованы в июльском номере «Блокнота агитатора». Особенно широко и продолжительно (с августа по октябрь 1956 г.) освещалась в прессе и на телевидении круизная поездка вокруг Европы на теплоходе «Победа» – первый такого рода круиз после возрождения зарубежного туризма в СССР[334].
