Я проигнорировал двустишие бретера, прошел меж приоткрытых створок ворот в арку и во дворе особняка наткнулся на Уве, который расчертил брусчатку в дальнем углу огромным кругом святого Варфоломея и сейчас вышагивал в нем, тщательно отрабатывая махи волшебной палочкой. Насколько удалось заметить, эфира он жезлом почти не касался, но и так по раскрасневшемуся лицу и обнаженному торсу катились капли пота.
При нашем появлении школяр перестал упражняться и покинул пределы схемы. Когда он пересекал границу круга, незримая стихия мягко колыхнулась и разошлась во все стороны легкими, быстро затухающими подрагиваниями.
— Не переусердствуй только! — предупредил я Уве. — И проверь контур схемы, слишком сильные помехи.
— Проверю, магистр, — покладисто согласился школяр и криво усмехнулся. — Так и так больше заняться нечем. Честно говоря, вы тратите деньги попусту. Марта дни напролет практикуется в целительстве, успеваю позаниматься с ней не больше часа. Скоро полезу на стены со скуки.
— Завтра развлечемся, — уверил я паренька.
Уве мои слова нисколько не воодушевили, более того — явственно обеспокоили. Он кинул быстрый взгляд на дружелюбно скалившегося Микаэля, отошел к каменной ванне, зачерпнул воды и умылся.
— Какие-то конкретные планы? — уточнил он после этого с плохо скрываемой нервозностью.
— С утра продадим лошадей, — пояснил я. — Потом, если будет желание, можешь сходить с нами в монастырь, где растет дерево, под которым когда-то проповедовал Пророк. Еще собираемся в университет, но тебе там делать нечего.
— Как это нечего? — опешил Уве. — Меня ведь пустят в библиотеку, так? Магистр, мне осточертело сидеть в четырех стенах! Я в столице, а ничего здесь толком не видел!
— Кто тебе мешает выйти за ворота? — с насмешливой ленцой поинтересовался Микаэль.
— Заблудиться боюсь, — насупился Уве.
— Хватит вам! — прервал я пикировку и спросил: — Где Эстебан?
И тут же с галереи второго этажа послышалось:
— Здесь, магистр!
Я поднялся по лестнице и без обиняков заявил:
— Не слишком разумно привлекать человека без патента к лечению пациентов!
— У меня есть лицензия. Всю ответственность я беру на себя.
— Речь не об ответственности за лечение без лицензии, — покачал я головой. — Речь о том, что без патента Марта не должна практиковаться в тайных искусствах!
Лекарь огладил черную, с проседью бородку и покачал головой:
— Не думаю, что это приведет к неприятностям, магистр.
— Не думайте, просто прислушайтесь к моим словам! — заявил я. — И даже не сомневайтесь — приведет. В первую очередь лично для вас.
— Я учту.
— Премного обяжете, — усмехнулся я. — И вот еще что: мне нужен корень мандрагоры.
Эстебан в непритворном удивлении округлил глаза и уточнил, решив, будто ослышался:
— Что, простите?
— Корень мандрагоры, — спокойно повторил я.
— Торговля им незаконна! У меня не хранится ничего подобного!
Я указал на вывеску аптеки и многозначительно заметил:
— У вас есть должные связи.
— Нет!
— Да! И умоляю, не разыгрывайте из себя оскорбленную невинность! — Я распустил завязки кошеля и выудил из него три гульдена. — Держите, это с лихвой покроет ваши расходы. Корень передадите с Мартой.
Эстебан посмотрел на вложенные в ладонь золотые монеты, подкинул их и зажал в кулаке:
— Как скажете, магистр…
В голосе лекаря ощущалось откровенное неудовольствие, но я заострять на этом обстоятельстве внимание не стал, похлопал его по плечу и спустился во двор.
— Идем, Микаэль! — позвал бретера, направляясь к арке, и тот зашагал следом. На своего бывшего приятеля он даже не взглянул.
В центральные районы Ренмеля мы, как и прежде, добрались на лодке. Казармы лиловых жандармов располагались на площади Терний в пяти кварталах от императорского дворца, это был неприметный четырехэтажный особняк, мало чем отличавшийся от соседних, разве что нижний ряд узких окон был сплошь зарешечен, да у перекрывавших арку ворот дежурили два бойца в полной боевой выкладке.
Без пропуска пройти внутрь не позволили, а вызванный караульными из кордегардии офицер с ходу объявил, что сеньор капитан в расположении отсутствует.
Легкое подрагивание одной из бусин четок святого Мартина не оставляло никаких сомнений в том, что Рихард находится где-то совсем неподалеку отсюда, но упрекать начальника караула во лжи я не стал, просто сказал:
— Передайте сеньору капитану, что магистр вон Черен располагает сведениями о человеке, чьим расположением интересовался барон аус Барген.
— Вы можете…
— Не могу!
Офицер в лиловом мундире, надраенной до блеска кирасе и столь же ухоженном шлеме с цветастым плюмажем смерил меня пристальным взглядом, но упорствовать не стал, коротко кивнул и скрылся в калитке. Не было его минут десять, и все это время с лица Микаэля не сходила ехидная ухмылка, да только ожидание принесло свои плоды, и в итоге нас все же запустили в кордегардию, где на лавках и за столами расположилась полудюжина мушкетеров дежурной смены.
