— Потому что она была шлюхой, вот почему!
— Мне кажется, чтобы мне отомстить.
— И поэтому она показывала тебе свою черную записную книжечку?
— Да. Чтобы отомстить.
— А вот и нет! Просто потому, что она была шлюхой!
— Наверное. Наверное, она ею стала.
— И каждый раз, когда заводила нового любовника, заносила туда пометку "СДж"?
— Да.
— На каждого, с кем она путалась?
— Да.
— "Сказала Джерри". Вот ведь что означает это "СДж"?
— Да, чтобы мне отомстить.
— Шлюха! Тебе надо было приставить к ней частного детектива, он бы заснял все ее похождения, запугал бы ее и заставил подписать эти несчастные документы на…
— Нет, я не мог на это пойти. Это повредило бы моей репутации.
— И твоей драгоценной карьере!
— Да, и моей драгоценной карьере.
Оба снова замолчали. Подъехав к мосту, Флетчер заплатил за переезд и, оказавшись на Ривер-хайуэй, прибавил газу. Карелла проделал то же самое. Разговор возобновился только после того, как они уже въехали в город. Карелла старался не отставать, но расстояние между машинами увеличилось, и некоторые фразы стали звучать нечетко.
— Ты же знаешь, она держала меня в клещах, — оправдывался Флетчер. — Арлена, ты же прекрасно все это знаешь.
— Раньше я и вправду так думала, но теперь совсем не уверена…
— Она бы не стала ничего подписывать, и меня… супружеской измене, потому что… выложить начистоту.
— Ну ладно.
— Дорогая, мне казалось… абсолютно ясно.
— И я думала…
— Я сделал все возможное.
— Все это так, Джерри, но теперь-то она умерла. Какие у тебя сейчас могут быть оправдания?
— У меня есть свои причины, чтобы повременить со свадьбой.
— Это какие же?
— Я тебе уже сто раз говорил.
— Что-то я такого не припомню.
— Черт возьми, меня же подозревают в убийстве!
Тишина. Флетчер свернул налево и съехал с шоссе. Карелла увеличил скорость, не желая упустить ни слова.
— И что с того? — наконец сказала Арлена. — В конце концов какая разница?
— Ну что ты, абсолютно никакой, — с сарказмом отозвался Флетчер. — Я уверен, что ты бы не отказалась выйти замуж за человека, которого осудили за убийство.
— О чем ты говоришь?
— Я говорю о возможности… впрочем, не важно.
— Нет уж, договаривай.
— Я сказал — не важно.
— Я хочу знать все.
— Ну хорошо, Арлена. Я говорю о вероятности того, что меня могут признать виновным в убийстве. И осудить за это.
— Это самая параноидальная идея, которую…
— Нет, это не паранойя.
— Тогда что же еще? Ведь убийцу поймали, и он…
— Я говорю только предположим. Как ты можешь выйти за меня, если я убил ее, вернее, если кто-то будет утверждать, что это сделал я?
— Но, Джерри, ведь этого никто не утверждает.
Тишина. Карелла находился в опасной близости от машины Флетчера и рисковал быть обнаруженным. Но в то же время он не мог себе позволить упустить ни слова из этого разговора, даже если бы пришлось ехать бампер к бамперу. На полу его машины стоял магнитофон, исправно фиксировавший на пленку каждое слово, произнесенное Флетчером и Арленой, — улики на тот случай, если Флетчеру будет предъявлено обвинение и он предстанет перед судом. Затаив дыхание, Карелла сосредоточил все свое внимание на том, как бы не отстать от машины Флетчера. Когда Арлена заговорила снова, голос ее звучал очень тихо:
— Вот так послушаешь тебя и начнешь думать, что ты и в самом деле это сделал.
— Ты же знаешь, что это дело рук Корвина.
— Да, знаю. Это как раз то… Джерри, я ничего не понимаю.
— Здесь и понимать нечего.
— Тогда почему… если ты ее не убивал, то почему ты так волнуешься, что тебя обвинят в убийстве и будут судить и…
— Кое-кто может состряпать из этого отличное дело.
— Каким образом?
— Кое-кто может сказать, что Сару убил я.
— Господи, да кому это может понадобиться? Они знают, что Корвин…
— Они могут сказать, что я вошел в квартиру и… что, когда я вошел в квартиру, она была еще жива.
— А она была жива?!
— Они могут так сказать.
— Кого интересует, что они там могут…
— Они могут сказать, что у нее в животе торчал нож и я… я вошел, увидел это и прикончил ее.
— Но зачем?
— Чтобы развязать себе руки.
— Джерри… но ведь ты никого не убивал?
— Нет!
— Тогда почему тебе вообще приходят в голову такие ужасные мысли?
— Если она этого хотела… если кто-то скажет, что это сделал я… чтобы довершить начатое… полоснуть ее ножом поперек живота… они могут попробовать доказать, что она сама меня об этом попросила.
— Боже мой, Джерри, что ты такое несешь?!
— А ты не понимаешь?
— Нет, не понимаю.
— Я стараюсь объяснить тебе, что Сара могла…
— Джерри… я ничего не хочу об этом знать.
— Я хочу сказать…
— Нет, я не хочу ничего слушать! Прошу тебя, Джерри, ты меня пугаешь, я ничего не хочу знать…
— Нет уж, черт возьми, теперь послушай! Я пытаюсь объяснить, что могло произойти, неужели так трудно выслушать? Разве она не могла попросить меня добить ее?
— Джерри, прошу тебя, я…
— Я хотел позвонить в больницу! Если хочешь знать, я уже начал было набирать номер. Неужели ты не понимаешь, что я бы не заметил, что рана не смертельная?
— Джерри, умоляю…
