— Я не шучу! — сказал я, — ты просто восхитительна! Да, хвост придаёт тебе определённый колорит, который не каждый сможет принять. Но меня это не особо волнует. Я смотрю на тебя и вижу человека. Ты поразительно красивая, очень добрая и жизнерадостная. Ты просто великолепна! И знай, если я не вернусь тебя проведать, это значит, я либо умер, либо физически не имею такой возможности. Я хочу, чтобы мы были хорошими и надёжными друзьями. Да, для этого есть определённые технические сложности, потому что ты не можешь покидать акваторию реки, насколько я понимаю. Но это не значит, что мы не сможем время от времени видеться.
— Алик, ты мне ничего не должен! И если ты говоришь всё это, только чтобы сделать мне приятное, то не надо, ведь потом мне будет больнее, — сказала Рита.
— Нет, то что я тебе говорю, это чистая правда! — сказал я, — мы очень мало знакомы, но я испытываю к тебе какое-то безграничное доверие и нежность. Так что верь мне!
— Я не знаю, — слегка смутилась Рита, — на такое я не рассчитывала.
— Послушай! — сказал я, — а русалки не обладают какими-нибудь чарами? Может быть, ты меня околдовала, поэтому я испытываю к тебе такие чувства?
— Не знаю, — задумалась Рита, — я хоть и сама русалка, но ведь прежде, чем ей стать, я теорию не изучала. И обменяться опытом мне было не с кем. А что, ты думаешь, что это какое-то наваждение? — заинтересовалась она.
— Не знаю, — честно сказал я, — я очень не хочу тебя обманывать, даже невольно. Но одно знаю точно. Ты спасла мне жизнь, и я перед тобой в долгу. И я обязательно вернусь и постараюсь тебя найти. А этот неожиданный прилив чувств, уж не знаю, навеян ли он каким-то магическим воздействием, моей травмой головы, которая точно есть, или это настоящий всплеск, вызванный тем, что ты такая потрясающая… думаю, что время расставит всё по местам.
— Ладно, — глядя мне в глаза, сказала Рита, — это всё журавль в небе. Я же предпочту получить свою синицу в руке.
— Поцелуй? — спросил я.
— Поцелуй! — шёпотом сказала Рита и слегка наклонилась вперёд.
Ну что я могу сказать… ни вкуса, ни запаха рыбы не было. Вот ни капельки. А в остальном… наверное, это всё-таки какая-то магия. Слишком уж всё это походило на волшебство.
Рита, пока я валялся без сознания, не теряла времени даром. Из старых пластиковых пятилитровых бутылок она соорудила плот для меня. В середине был кусок деревянной панели, сильно сгнивший по краям, но достаточно прочный в середине. И его-то она и обвязала бутылками, которые насобирала вдоль берега. Хотя река и очистилась, но неразлагаемый мусор на берегах ещё оставался в больших количествах.
Мы были на противоположном берегу Москвы-реки, даже не там, где находился «Остров мечты», а дальше, где-то на Нагатинской набережной. Громадина парка развлечений навевала кокой-то странный трепет своими размерами и сохранностью. И чтобы попасть обратно, на тот берег, где я был до этого, нужно было проплыть мимо этого острова. То есть, плыть было прилично.
Оказалось, что из этого бетонного саркофага, где спрятала меня Рита, можно выбраться не только по воде. Но лезть пришлось на четвереньках, рискуя раскроить себе башку о торчащую отовсюду ржавую арматуру.
Рита резонно предположила, что плыть мне будет тяжело, и не факт, что хватит сил добраться до другого берега. Мне бы по-хорошему на больничной койке под капельницей лежать нужно было после перенесённого падения, а я вон, в гущу событий намылился.
Плот был сделан на скорую руку, да и материалы искать времени особо не было. Так что, вода постоянно заливала на деревянную панель, и я достаточно быстро весь вымок.
Рита толкала плот сзади, и, надо сказать, очень быстро. Отчасти ещё и из-за этого он периодически нырял передним краем под воду.
— Погоди! — сказал я Рите.
Плот тут же перестал плыть вперёд, а буквально через секунду её улыбающееся лицо вынырнуло прямо передо мной.
— Что? — спросила она, как всегда, радостно.
— Хочу посмотреть! — сказал я, указывая рукой на малиновое зарево, как раз где-то в районе убежища.
К этому времени уже почти стемнело, и оно выделялось на фоне тёмного неба очень хорошо.
— Да, это то, о чём я тебе говорила. Днём эту штуку видно плохо, а ночью она сияет очень ярко.
Зарево слегка напоминало купол сетчатой структуры. Но эта сетка была очень размытая и едва различимая. Однако некая система там присутствовала.
Целью нашего заплыва был мост. Я решил высадиться именно там. Причин было несколько. И место было довольно укромное, да и Петя, если был там, мог чем-нибудь мне помочь. Хотя в том, что он до сих пор сидит под мостом, я сомневался. Слишком уж круто начали развиваться события, чтобы он продолжал оставаться здесь, испытывая удачу. Не такой у него характер, чтобы дразнить судьбу.
