Когда мы проплыли «Остров мечты» и нам открылось место, где находилась воронка от взрыва и тайный выход в неё из убежища, то увидели, что она не пустует. Там кто-то основательно расположился, и место входа под землю… ну, с нашей позиции видно этого точно не было, но, скорее всего, дело было именно в нём. Так вот, это место тоже светилось малиновым светом, хотя и не так ярко, как купол над домами.
Вывод напрашивался только один. Этот выход блокирован врагами, и пройти через него у меня не получится. Хотя я и так бы не пошёл, ведь там же заперто, а сообщить о своём приходе, у меня возможности нет.
Выходит, убежище находилось в осаде. Других вариантов в голову не приходило. Если они запечатали даже запасной выход, то про главный и говорить нечего!
С одной стороны, это плохо, но с другой, выходит, что наши ещё держатся. Интересно, за счёт чего? Неужели одна Алиса удерживает оборону? Ведь кроме неё там бойцов-то особо и нет. Разве что само убежище могло себя как-то по-новому проявить и не дать врагам себя захватить…
А это была интересная мысль. Что, если это малиновое зарево, не инструмент осады, а наоборот, способ защиты? Надо будет это проверить как-нибудь.
— Ну что, насмотрелся? — спросила Рита, выводя меня из задумчивости.
— Ага, — сказал я, — поплыли дальше, а то я уже замерзать стал в мокрой одежде.
— Да ты что? — удивилась Рита, — водичка-то, парное молоко!
— Если ты в ней, то, возможно, но я-то просто во всём мокром. На берегу немного подсушиться придётся, — сказал я.
— Когда будешь сушиться, трусы не потеряй… ах да! — хихикнула она и нырнула.
— Ударила по больному месту, — сказал я, когда услышал, как она вынырнула позади плота, — и ведь кто в этом виноват?
— Судьба преподнесла тебе такой сюрприз, — донеслось весело сзади, — я была просто её орудием! — рассмеялась Рита, и плот двинулся вперёд, снова загребая воду. Но мне уже было всё равно. Два раза намокнуть невозможно.
Под мостом мы увидели хорошее место, где можно причалить. Кусочек берега был очищен и хорошо вытоптан. Видимо, здесь Петя подходил к воде.
Рита дотолкала меня до самого берега, я поднялся на неустойчивом и раскачивающемся плоту, прыгнул на землю, но там поскользнулся и чуть не упал. Сзади послышался весёлый, но приглушённый смех Риты. Мы всё-таки уже были на вражеской территории, и кто знает, кто тут мог притаиться поблизости.
Я повернулся и посмотрел на Риту. Её голова возвышалась над дальним концом плота, и даже в темноте блестели её глаза, мокрые волосы, да и всё лицо поблёскивало, потому что было мокрым. Малиновые отсветы в темноте оказались действительно яркими и заполняли собой всю округу.
Хотелось что-то сказать, но, как назло, в голове было пусто.
— Рита, а ты знаешь что-нибудь про чакры? — спросил я неожиданно даже для себя.
— Нет! — искренне удивилась та, — слово, конечно, знакомое. Это какие-то точки у человека, что ли? Даже в прошлой жизни я об этом толком ничего не знала.
— Ну да, что-то в этом духе, — сказал я, — я и сам толком не знаю, а узнать надо.
— Зачем? — спросила Рита.
— Долгая история, — вздохнул я, — Рита, как мне тебя найти потом? Как позвать? Или, может быть, знак какой-нибудь условный подать?
— Не знаю, — озадачилась Рита, и, повертев немного головой, сказала, — вон на той опоре нарисуй круг. Желательно белый, его будет лучше видно. Но и любой другой пойдёт. Смотря что найдёшь для рисования. Я увижу и приплыву… только не обещаю, что быстро. Я не буду каждые пять минут на эту опору смотреть, так что возможно придётся подождать.
— Это понятно, — сказал я, — а почему круг?
— Не знаю, первое, что пришло в голову. Можешь выбрать что-то другое, — сказала Рита.
— Да нет, круг нормально! — сказал я.
— Ну ладно, — сказала Рита, — долгие проводы, лишние слёзы. Пока!
И не дождавшись моего ответа, она нырнула. Над поверхностью воды всплеснул её хвост, как прощальное помахивание, и всё стихло.
— До свидания, Рита, — сказал я тихонько, самому себе.
Постояв немного, думая про эту удивительную русалку, я потряс головой, стараясь выбросить мысли о ней, потому что нужно было переключаться на другие проблемы. После чего присел на корточки, и, дотянувшись до плота, втащил его на берег. Убрав его подальше от воды, я облегчённо выдохнул. Плот оказался достаточно тяжёлым. И как Рита его ворочала?
Убрал же я его потому, что он вполне мог ещё пригодиться. Мало ли? Пусть лучше на берегу полежит, чем его волнами унесёт в неизвестном направлении.
Вокруг было тихо. Не похоже, что под мостом кто-то есть. Когда по натоптанной от воды тропке я вышел на стоянку Петра, от неё там не осталось и следа. Петя ушёл, прихватив все свои манатки. Не было даже мусора. Единственное, что напоминало о его присутствии, так это натоптанные дорожки.
Я не собирался идти смотреть, что стало с «кладбищем кораблей» после взрыва. Было немного любопытно, но не до такой степени, чтобы тратить на это время. С воды видно было плохо, тем более что плыли мы уже в темноте. Понятно, что все корабли разом никуда не испарились. Но вот остались ли там люди, или это место теперь брошено, было интересно.
