Мир устроен со своеобразным юмором. Существует закон, чтобы в праздничные дни шёл дождь, в день рождения случались неприятности, бутерброд падал ветчиной вниз, а на новую рубашку брызгал соус. Многие девушки мечтают выйти замуж за миллиардера или, на худой конец, принца. И большинству из них достаются скромные техники и менеджеры. Но вот Ольга… Вообще не думала о замужестве. И, пожалуйста: холостой бог из хорошей семьи. Многие бы позавидовали.
— Но мы же в загробном мире, а она живая в мире людей, — заметил Вадим, с каждой секундой соображавший всё лучше. Он уже догадался, за какого такого Великого Магистра Вадимира принял его бог Гор.
— Это как раз легко поправить. Чик — и она с нами, — бог провёл ребром ладони по горлу.
— Её сейчас убьют?!
— Конечно. У одноглазого Хасана десятки хорошо обученных людей. Как раз и свадьбу сыграем. Всё же готово, — Гор обвёл рукой сверкающий зал.
— Она согласна?
— Кто же откажется стать богиней?
Вадим уже ориентировался в ситуации.
— Видишь ли, Гор, у меня есть с ней некоторые совместные дела, проекты общие. В бизнесе лучше иметь дело с живой девушкой.
— Она может жить в двух мирах, — миролюбиво согласился Гор.
— Вот и славно. Переговорю с Ольгой.
— А я с сыном.
Переговоры продолжились в новом составе.
— Что с тобой? — спросил Вадим сонно-мечтательную Ольгу.
— Видимо, наркотик сильный. Плохо соображаю. Друга старого встретила.
— Я в курсе. Понимаешь, они хотят тебя грохнуть, чтобы ты стала женой обезьянки.
— Кто им позволит, — смело заявила Ольга. Кажется, она уже приходила в себя. — Давай покрошим тут всех в мелкий винегрет.
— Плохая идея. Это загробный мир, все и так мёртвые.
— Будут мертвее мёртвых! — не унималась девушка.
Вадим с ужасом подумал, что надо её как-то остановить, пока она не начала вести себя как десантник на дискотеке в педагогическом институте.
— Успокойся. Мы на их территории. Не уверен, что твоё мастерство сработает. Есть другая идея. — Вадим задумался, соображая, как изложить девушке свой план. — Бог Гор не против, чтобы ты жила в двух мирах. То есть для тебя ничего не изменится. Просто здесь, в потустороннем мире, появится копия твоей души в образе богини. Вы никак не будете связаны, ну разве что сможешь увидеть её во сне, или, как сейчас, под действием зелья. Каких только чудных снов нам не снится!
— Что-то ты много знаешь о загробных мирах… А почему они вообще с тобой договариваются? — Ольга соображала быстро.
— Они меня принимают за другого бога, из соседнего загробного мира, очень опасного. Я давно живу в двух мирах. Потом как-нибудь расскажу. А пока — добро пожаловать в наш клуб… — Вадим не спешил открывать напарнице все свои тайны.
— Я слышала, что такое случается со многими из наших…
Подошла София:
— Что происходит?
— Пожалуйста, обращайся со мной почтительно. Я здесь Вадимир, Великий Магистр.
— Ничего, что наступила на твою тень?
— Я серьёзно. Потом всё объясню. Просто доверяй мне сейчас.
— Что решили?
Ольга кивнула:
— Всё нормально. По-быстрому выйду замуж за местного бога. Вон того, симпатичного, на обезьянку похожего. Если Дарвин был прав, то у нас у всех в родословной есть такие предки. Впору пересмотреть галерею семейных портретов.
— Ну, дело твоё. Могу быть подружкой невесты. С любовью не поспоришь. Узнай у родственников, что слышно по поводу судьбы человечества.
Ольга отрешённо кивнула:
— Потом спрошу у свёкра, он, похоже, тут один из главных.
Чувствовалось, что девушка теряла интерес к делам смертных людей.
А в зале нарастала суета. Появились новые гости, сияя нимбами. Слышались отдельные выкрики:
— Возрадуемся и возвеселимся, ибо будет брак, и жена приготовила себя!
— Елея и вина не повреждай!
— Блаженны званные на брачную вечерю!
Вадим взглянул на Ольгу, и вдруг та стала меняться. В этот момент они пристально смотрели друг на друга. Над её зрачком появилась полоса белка, становившаяся всё заметнее, словно что-то распирало лицо изнутри. Оно сделалось багровым, потом вдруг смертельно бледным, через секунду вновь покраснело. Тело дёрнулось, руки шевельнулись, будто что-то внутри осваивало новую форму. Наконец девушка замерла, словно прислушивалась. Теперь сквозь её глаза на него глядел кто-то другой.
— Ольга, что с тобой?
— Извини. Я не Ольга, а Мерет. Но ты мне кажешься смутно знакомым. Кажется, видела во снах.
Девушка казалась чужой. На ней и одежда была другая. Изменения произошли словно на экране компьютера: сначала платье побелело, потом исчезли мелкие детали, чёткие контуры расплылись, потеряли резкость, и вот… Готово! Появился лёгкий плащ из белоснежного виссона.
