Женских дней уже много, теперь очередь за делами. Насладитесь текстом объявления о замещении вакантных должностей, взятого из ведомственной газеты: «Зальцбургский университет Париса Лодрона стремится увеличить число сотрудниц в штате и потому настоятельно рекомендует квалифицированным женщинам направлять резюме в отдел кадров. В случае одинаковой у нескольких претендентов на вакансию квалификации предпочтение будет отдано женщинам. Расходы на проезд и проживание, необходимые для процедуры приема, не возмещаются. Ваши письменные заявления с указанием номера плановой штатной единицы направляйте в дирекцию университета до 27 марта, приложив автобиографию и фото.
Университетская библиотека GZ A 0013/ 1-2002: университетской библиотеке было выделено штатное место уборщицы – h5. Его могут занять две женщины, работающие на половину ставки. Их задача: работа по уборке в головной библиотеке. Требования к претендентам: знание различных методов уборки, вспомогательных приборов и чистящих средств. Желателен опыт работы в области уборки».
Сегодня кончается срок подачи заявлений. Не желая опережать события, все-таки предсказываем: доля женщин в штате университета увеличится.
Май приятен еще и тем, что очень хорошо пахнет. Разумеется, это не искусственные запахи, а природные. Ведь в эту пору цветет все, что торчит из земли – за исключением афишных тумб.
Благоухает и в деревне (в тех зонах, где нет удобрений). Если задержаться там надолго, а потом снова отправиться в Вену, то сразу чувствуется, чего именно недостает: ничего. Чтобы развеять последние сомнения, спуститесь в метро. Там тоже май, хотя и более суровый.
Уже это потрясает. Каждый день где-нибудь на свете выжимают новое ароматическое масло из доселе неведомого растения и разливают его по флаконам. У каждого сколь угодно экзотического цветка есть свой собственный гель, причем тренд развивается так: сначала необходим гель перед душем (чтобы разгорячить кожу), а затем – гель после душа (чтобы успокоить кожу). Есть нескончаемая серия продуктов, порожденных скользкими китайскими сливами личи (маринованными шариками для пинг-понга). Есть нейтрализирующие запах кристаллы: горные, долинные, морские, а скоро будут и пустынные. Всего, что предлагается на продажу, хватит на добрых три миллиарда подмышек.
Но что толку? Ничего. Всегда находится пара дюжин людей, упрямо отказывающихся от этих средств – в мае в метро.
Несколько дней назад до нас дошло взбудоражившее нас агентурное сообщение: «Ликвидировать «помещения для временного задержания арестованных» путем конкурса идей». Первое предположение: должно быть, состоялся конкурс идей, в ходе которого решали, что бы еще ликвидировать. Один из участников, должно быть, и сказал: «Обезьянники!» А жюри ответило: «Хорошая идея, ликвидируем!» (Об альтернативных идеях, к сожалению, ничего не известно. Может, кто-нибудь предложил: «Кондитерские!» Жюри: «Плохая идея!» Или: «Суд по делам несовершеннолетних!» Жюри: «Браво!» Но это только предположения.)
Присмотревшись к сообщению внимательнее, мы заметили, что «помещения для временного задержания арестованных» в агентурном заголовке были взяты в кавычки. Это значило: ликвидации подлежит лишь название, но не сами «обезьянники». Чтобы выбрать новое название, и был устроен конкурс идей. Идеи собирали целый год. Тем больше лавров досталось идее-победительнице: «Центр полицейского задержания». Звучит симпатично: полиция задерживает подозреваемых для того, чтобы те скоротали время в центре до тех пор, пока подозрение против них либо окрепнет, либо исчезнет. Великолепно. Тем самым превышение полицейскими власти ликвидировано, пожалуй, навсегда.
Так называют чокнутых. Никто не хочет ими быть. Но их много. Все говорят: простреленный. Опять одно из этих модных словечек, которые теперь множатся, как грибы после дождя. Они беспрерывно простреливают общество. Может быть, весь наш словарный запас уже разграблен. И теперь мы падаем, как простреленные, на последние экземпляры якобы оригинальных творений.
Один из немногих, кто самоотверженно заботится о словесном разнообразии, – это компьютер. По крайней мере, таков компьютер читательницы Элизабет. Его безукоризненно грамотный интеллект выделил слова «зрительская аудитория» красной волнистой линией, выразив тем самым орфографическое недовольство. В качестве альтернативы он порекомендовал ей «зрительную», «подозрительную», «подлозрительную» и «разорительную» аудиторию.
Тут есть две версии:
а) подлозритель – это человек, который в кино в самый интересный момент шуршит упаковкой из-под чипсов. Подозритель – это человек, который следит, чтобы аудитория не разорила телевидение;
б) компьютер Элизабет – чокнутый.
