Отчаянно качая головой, стала отпихивать от себя мужа. Ладони толкали его в грудь, но мужчина не сдвинулся ни на миллиметр. Начала бить его кулаками в стальные мышцы. Андрей пытался успокоить меня, но я яростно вырывалась.
– Не хочу! Ненавижу тебя! Пусти!
Мужчина поймал мои руки, обхватив меня одной рукой вокруг талии и фиксируя запястья другой.
– Ты никуда не поедешь. Тем более, одна. Пока мы не поговорим.
Я устала бороться. У меня практически не осталось сил. Голова обессиленно упала ему на плечо, и я зарыдала. Андрей успокаивал меня, нежно гладил, но мне это было не нужно.
– Поехали домой, зайчонок. Там и поговорим.
Я отрицательно покачала головой, продолжая прятать глаза.
– Ты хочешь побыть одна?
Теперь я безмолвно закивала. Андрей отстранился и подвел меня к машине. Он открыл дверь и помог сесть.
– Отвези ее, куда она скажет. Головой за мою жену отвечаешь. Не оставляй Машу одну, – приказал муж Игорю и захлопнул дверь автомобиля.
Как только дверь за Мари закрылась, я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Послышался визг шин. Обернувшись, увидел, что вслед за машиной, где сидела моя жена, на большой скорости пронесся красный мерседес Виктории. Сука! Поняла, что запахло жареным и решила свалить. Мне хотелось пуститься за девушкой вдогонку, но ключи от машины остались в офисе.
Блять! Я оставил кабинет открытым! А на столе лежал листок с кодами. Ругнувшись про себя, бросился обратно к лифту. Если эта дрянь украла его, я убью ее!
По пути еще раз набрал номер охраны. На этот раз ублюдок взял трубку. Я зарычал на придурка:
– Удали записи с камер на парковке. Если они всплывут где-нибудь, я заставлю тебя отрезать себе член и сожрать его!
Мне не нужно было, чтобы в прессу попала наша ссора с Мари. Желтушники активизировались после свадьбы и с тех пор не переставали атаковать меня и моих родных. Мне больших трудов стоило держать журналистов подальше от всей семьи. Пока что никому не было известно о моей жене ничего, кроме имени. Я хотел и дальше держать девушку подальше от этого. Мари не привыкла к вниманию прессы. Вся моя семья знала, как вести себя. Даже у Евы был специальный человек, который следил за ее соцсетями. Это было для того, чтобы сестра не выкладывала ничего лишнего, что могло опорочить семью.
Вбежав в кабинет, я бросился к столу и увидел листок с кодами на прежнем месте. Облегченно выдохнув, упал на офисное кресло и спрятал лицо в ладонях. Мать твою! Как я мог так облажаться? Одно успокаивало, что Виктория не украла этот листок. Девушка слишком глупа, чтобы понять, что это было нечто важное. Я схватил клочок бумаги и положил в сейф для сохранности. Мучить свой мозг дальше сейчас не имело никакого смысла. Я закрыл кабинет и отправился обратно на парковку.
Упав на заднее сиденье, я громко зарыдала. Мне было все равно, что Игорь находился рядом и был свидетелем всего. Чертов предатель!
– Мария Юрьевна, куда мы едем?
Утерев слезы, села и назвала водителю адрес, где жила Лаура. Он ничего не сказал, лишь перестроился и продолжил движение. Я уставилась в окно, глядя на ночные огни Москвы.
Не знаю, сколько прошло времени. Машина остановилась. Не дожидаясь, когда мне откроют дверь, выскочила и заторопилась ко входу. За спиной слышались крики моего водителя, но я не обернулась. Пусть проваливает.
Гребаный Москва-Сити. Здесь всегда в любое время суток огромная очередь в лифты, хоть их и было несколько.
– Мария Юрьевна, – раздался голос Игоря за моей спиной. – Я провожу вас.
– Не стоит. Дальше я не потеряюсь, – рявкнула на мужчину.
– Но Андрей Владимирович…
Я резко развернулась и зыркнула на него:
– Твой Андрей Владимирович может пойти на хрен!
Несмотря на протесты, Игорь вошел в лифт со мной. У меня совершенно не было сил с ним спорить. Предатель все равно не войдет в квартиру. Если ему нужно как сторожевому псу охранять меня, то пусть сидит под дверью.
Мы вышли на нужном этаже. Рука зависла над дверным звонком. Я даже не предупредила подругу, что приеду. А что если она не дома? Гневно сжав челюсти, нажала кнопку и стала ждать. Дверь открыла Лаура. Вся растрепанная, в шелковом халате. Увидев меня, ее глаза расширились от удивления.
– Боже мой, Мари! – воскликнула подруга, видя в каком состоянии я была.
Она пошире раскрыла дверь, пропуская внутрь. Лаура обняла меня, и я вновь заплакала.
– А это кто?
– Ты можешь идти, – с раздражением ответила, толкая Игоря в грудь.
Я захлопнула дверь перед лицом мужчины. Пусть он и его босс катятся к чертям!
Лаура обвила мою талию и повела в гостиную. Нам навстречу выбежал светловолосый парень. Его торс был обернут полотенцем. Он выглядел испуганным, явно не ожидая гостей.
– Я вам помешала?
Подруга отмахнулась:
– Мы уже закончили, – бросила она в ответ. – Ты можешь идти, Паш. Встретимся потом.
Парень быстро собрался и вышел из квартиры в одном полотенце. Я вопросительно посмотрела на подругу:
– Он мог бы и одеться, его никто не выгонял.
Лаура тяжело вздохнула и ответила:
– Это мой сосед. Приходил починить полку.
Впервые за этот вечер я рассмеялась:
– Ага! Как же!
