– Господи! – воскликнула мама, встречая нас. – Что с вами произошло?
Она кинулась к нам, растерянно осматривая повреждения на моем лице. Мама уже давно перестала беспокоиться о брате, принимая, как должное, синяки на нем.
– А это у вас откуда? – спросила она, кивнув на щенка в руках Лехи.
– Это Зевс, – с гордостью в голосе ответил брат.
– Фу! – мама скорчила лицо в отвращении.
– Вы что подрались где-то? Полицию вызывали?
– Ой, мам! Какая полиция? Мы просто спарринговались.
Ма дала подзатыльник Лехе:
– Ты с ума сошел? Сколько раз я говорила тебе не боксировать с братьями. У них нет такой подготовки как у тебя. Даже Марк еще не дотягивает до твоего уровня.
– Ну, тут я бы поспорил, – послышался голос младшего брата, появившегося в холле.
Парень прислонился плечом к стене и сложил руки на груди.
– Хорошо выглядите, – подмигнул он.
На громкие споры сбежались, кажется, все.
– Ой, какой хорошенький! – воскликнула Ева.
Сестра протянула руки к щенку.
– Как его зовут?
– Зевс.
– Ой, мам, я тоже хочу себе собачку.
– Будешь жить одна, заводи хоть слона.
Девушка обидчиво надула губы, но тут же отвлеклась на щенка, забирая его из рук брата.
– Почему вы оба заявляетесь домой в таком виде? – раздался сердитый голос отца.
Все обернулись. Я немного замялся словно мальчишка.
– Ты сказал приехать утром. Прости, пап. У нас не было времени привести себя в порядок.
Он нахмурился и сделал знак следовать за ним. По пути в отцовский кабинет я встретился взглядом с Вадиком. Он стоял, сложив руки на груди и осуждающе качал головой.
Как только дверь за нами закрылась, я приготовился быть отчитанным, но отец сохранял спокойствие.
– А теперь по порядку.
– Мы спарринговались. Андрей потащил меня с собой в качестве доказательств. Теперь я могу идти?
Отец коротко кивнул:
– А теперь оставь нас.
Брату не нужно было повторять дважды. Леха выскочил из кабинета словно пуля. А я остался наедине с папой, готовясь быть отчитанным по полной программе.
– Мог бы привести себя в порядок, – рявкнул он, кивая на мой внешний вид.
Я опустил взгляд и впервые заметил, что пуговицы на рубашке были застегнуты криво. То, что она была мятой, я промолчу.
– Садись, – приказал отец, кивая на кресло напротив своего стола. Я повиновался. – Выучил? – сразу прошел к делу.
Я отрицательно покачал головой, собираясь возразить ему, но отец резко ударил кулаком по столу.
– Ты разочаровываешь меня, сын! – крикнул он, отчего я дернулся.
Отец никогда не повышал голос, даже если был зол. Значит, дело было пиздец как плохо.
– Пап, я как раз это и хотел обсудить с тобой, – начал говорить. – Считаешь правильным доверять всю эту информацию только мне одному? Это нерационально!
– Считаешь меня совсем идиотом? Я дал задание не только тебе, но и твоей матери, Денису и Вадику. Марк и Ева еще слишком юны для этого.
– А Леша?
Отец нахмурился. Он сел и устало посмотрел в окно:
– Сколько раз говорить вам, что вы ничего не сможете держать в тайне от родителей, сын.
Я запнулся. Неужели отец был в курсе?
– Леша ненадежен. Он беспокоит меня сейчас больше остальных детей.
– Так ты знаешь?
– Разумеется! – рявкнул отец.
Нахмурившись, я задумался, откуда он мог знать. Мы с Дэном сделали все, чтобы ситуация с Лехой не распространилась.
– Ангелина сказала мне, – ответил отец, словно прочитал мои мысли.
– Сука! – воскликнул я, тоже ударяя кулаком по столу.
– Девушка сделала то, что посчитала нужным, Андрей!
– А Лина не сказала, что именно она стала инициатором того, чтобы Леша сел на наркоту?
Отец напряг челюсть. Судя по его гневной реакции, девушка забыла это упомянуть:
– Нет, об этом она не сообщила.
– С ее слов, Лехе не помогали обезболивающие, которые ему выписывал врач. Даже самые сильные, поэтому он постепенно сел на это дерьмо.
Отец задумался.
– Я не хотел говорить, чтобы ты не нервничал, пап.
Он кивнул.
– Я так и понял, – отец тыкнул в меня пальцем. – Мать не должна знать.
– Разумеется.
***
Я проснулся от звонка. Сонно потянувшись к телефону, увидел, что звонит Мари. Я тут же сел и сразу же ответил на звонок:
– Зайчонок, – произнес хриплым голосом.
– Ты спишь, Зарянский? Время уже вечер.
– Я провел бессонную ночь.
– Мне плевать, чем ты занимался, и кто полировал твой член. Я хочу знать, сколько денег осталось на моей карте.
– Беспокоился о тебе, поэтому не спал. И, тем более, никого не трахал. Я уже говорил тебе об этом, Мари.
– Сколько денег, Андрей? – требовательно повторила она вопрос.
Я глянул в телефон и увидел кучу банковских оповещений на несколько десятков миллионов. Еще вчера меня терзало предчувствие, что моя жена именно таким образом захочет снять стресс.
– Мне предстоит крупная покупка, и, кажется, денег на нее не хватит, поэтому звоню тебе.
