Рыцарь полностью

– Ладно, но ты же не будешь нас лупить, да? Ну, в смысле их вон можешь, если хочешь, – он указал на нас, – но я-то слишком милый, чтобы выбить мне зубы.

Все нервно рассмеялись, кроме Рыцаря, который предупреждающе-раздраженно приподнял бровь.

– Вот и отлично. Тогда встречаемся на парковке, – сказал Колтон, а потом, отклонившись, прошептал под нос: – Господи! Всю жизнь мечтал прокатиться на Боевой Колеснице.

Я фыркнула и прикусила язык, чтобы не захихикать. Очевидно, я была единственной, кто понял намек Колтона.

После последнего звонка я сразу побежала на парковку со сжатым и искрящимся комком нервов в пустом желудке. Но Рыцарь опередил меня. Он уже ждал, прислонившись к флагштоку и скрестив руки на груди.

Под ярким осенним солнцем его кожа, волосы, брови и глаза казались почти бесцветными. Он выглядел пришельцем с другой планеты. Старшая Школа Персикового Округа с ее четырьмя с лишним тысячами учеников всех рас и национальностей была воплощением разнообразия, но он такой был один.

И одевался так только он.

Интересно, где он покупал свою одежду? Все вокруг носили цветные «мартенсы», которые покупали с материнских кредиток в торговом центре, а Рыцарь носил угольно-черные ботинки, которые, казалось, ему прислали из армии. Все носили обвислые потрепанные джинсы, а у Рыцаря они были в обтяжку и закатаны так, что виднелись ярко-красные шнурки. Все носили клепаные ремни, но только не Рыцарь. Нет. Красные подтяжки. Весь его вид был классическим и иностранным. И привлекал меня до чертиков.

Почему человек, выросший в том же городе, где мы все, был таким… другим? Что с ним случилось такого, чего не случилось больше ни с кем? Что он такого испытал? Мне хотелось приоткрыть его бритый череп и заглянуть внутрь. Я подозревала, что его нутро окажется таким же темным, как внешность – светлой.

Без единого слова Рыцарь оттолкнулся от флагштока и направился в мою сторону. По мне пробежала дрожь, прежде чем я успела оценить язык тела и понять, что Рыцарь не злой. Счастливым он тоже не выглядел, он просто был… не злым.

Я остановилась, не дойдя до него пары метров, и он пошел ко мне, пока не оказался лицом к лицу. Тогда он протянул руку, ухватил обе лямки моего рюкзака и стянул их с плеч.

– Он легкий, – удивленно заметил Рыцарь.

Покраснев, я опустила глаза, а он закинул мой рюкзак за спину, как будто он был пустым.

– Ну… да… Я… я положила все в шкафчик. Извини.

Толстые пальцы схватили мой подбородок и приподняли его. Лицо Рыцаря заслоняло солнце, но я все равно прищурилась, глядя на него.

– В другой раз, когда какой-нибудь ублюдок доведет тебя до слез, не извиняйся. Поняла? – Его голос был тихим, но твердым.

Кивнув, я быстро заморгала.

– Тебе не за что извиняться.

Я снова кивнула, глядя на его губы. Глаза были слишком страшными.

– В другой раз просто дай ему ногой по яйцам.

У меня неожиданно вырвался смех, и тут подошли Ланс, Август и Колтон. При виде Рыцаря, наклонившегося и держащего мое лицо, на их лицах отразился ужас. Глаза Ланса сощурились в узкие щели.

Господи! Он ревнует?

Рыцарь опустил руку, и в ту же миллисекунду черты Ланса вернулись к своей обычной, безупречной форме. Улыбнувшись, словно ничего не было, Ланс кивнул мне и сказал:

– Эй!

Сглотнув и обретя присутствие духа, я ответила:

– Ну, чего?

– Ты, наверное, устала. – Ланс выразительно посмотрел на мой рюкзак, свисающий с плеча Рыцаря. – Потому что весь день была у меня в голове.

– Пшшш, – хихикнула я, впервые ощущая неловкость от присутствия аудитории. – Ты такой смешной.

Ланс улыбнулся в ответ, но эта улыбка быстро поблекла. Я почувствовала, что тень Рыцаря удаляется от меня.

Он что, уходит?

Повернувшись, я заспешила за ним, мальчишки пошли следом, а Рыцарь широкими, ловкими шагами пересекал всю парковку. Наконец он подошел к своему жуткому грузовику, припаркованному на траве, с передними колесами, поднятыми на камень. НИ ФИГА СЕБЕ. Он громоздился над нами, как белая волна прилива над каменистым берегом, угрожая убить нас всех.

Я смутно припоминала, что Рыцарь привез меня к Джульет в большом грузовике, но я не помнила, насколько он был большим.

– Залезай. – Рыцарю пришлось поднять руку почти на уровень глаз, чтобы открыть пассажирскую дверь. Он сунул мой рюкзак под сиденье и обернулся с нетерпеливым выражением на лице.

В кабине было одно двойное сиденье, там и сям заклеенное скотчем. Мы все никак не могли там поместиться.

Словно прочитав мои мысли, Рыцарь пояснил:

– Не они. Ты. А они поедут сзади.

Сзади? Типа вот там, в кузове? Вот прям так, в кузове грузовика?

Прежде чем я успела возразить, Колтон заорал: «Йа-а-а!» – и, вскочив на одну из шипастых метровых шин, перепрыгнул через борт в кузов. Оглядываясь вокруг, Колтон сказал:

– Эй, Рыцарь? А у тебя тут есть флаги, чтобы мы махали ими по пути? Я хочу поиграть в мятежников.