Рыцарь полностью

На стену передо мной упала тень, я взвизгнула, уронила щетку в раковину и прижала руку к полному пены рту. Рыцарь, опершийся о дверной косяк, хихикнул:

– Господи. Это я так ужасен с утра?

Вообще-то Рыцарь с утра был совсем не ужасен. Он выглядел… милым. Босой, заспанный, а джинсы снизу все еще закатаны. Подтяжки висели у него на поясе, а не были натянуты на плечи, и майка была не заправлена. Он был похож на выросшего и накачанного Гека Финна. Не хватало только удочки и соломенной шляпы. Я засмеялась и сполоснула рот.

– Вообще-то ты с утра как раз менее страшный, – сказала я, запихивая все обратно в коробку.

– Только никому не рассказывай, ладно? – Рыцарь улыбнулся и добавил: – А ты с утра выглядишь потрясающе, особенно в этой куртке. – Я отвернулась, чтобы скрыть, как я покраснела, и попыталась затолкать коробку обратно в шкаф.

– Можешь оставить, – сказал Рыцарь. – Мне тоже надо умыться.

– Извини, что взяла твою пасту. – Я передала коробку Рыцарю, чувствуя, как у меня пылают щеки.

«Вот твои презервативы, парень».

К счастью, он просто поставил коробку на полку и принюхался.

– Ты что, готовишь завтрак?

Тут же звякнула микроволновка. Я вытащила горячую, дымящуюся булочку, обернула ее в бумажное полотенце и гордо протянула ему. Рыцарь отстранил мою протянутую руку и взглянул на меня с выражением, которое говорило: «Мы оба знаем, что я заставлю тебя это съесть, так что давай обойдемся без сцен, ок?»

Я ненавидела этот взгляд.

Без единого слова Рыцарь обошел меня, достал из холодильника еще одну булку и сунул ее в микроволновку. Потом схватил с полки коробку и вышел, оставив меня с булкой в руке.

Его возвращение я почуяла, и от этого запаха мои свежепроколотые соски напряглись до боли. Это сочетание крема для бритья, зубной пасты, дезодоранта и одеколона подействовало на меня, как валерьянка на кошку. Мне хотелось засунуть голову к нему под майку и просто потереться об него.

Я положила его булку возле своей на маленький стеклянный столик посреди комнаты и налила ему чашку кофе. Когда Рыцарь увидел этот столик, накрытый к завтраку, как у взрослых, он улыбнулся. И я почувствовала себя почти королевой мира.

– Черт, Панк, сдается, мне нравится быть твоей подружкой. Надо устраивать такое на выходных. – Рыцарь сел за стол, а я изо всех сил постаралась не покраснеть. И не смогла. Совсем.

– Если ты устроишь мне кровать получше, – сказала я, садясь рядом. – Я себе всю жопу отморозила.

– Это потому что ты неженка, – ответил он с полным ртом.

Я хлопнула его по руке.

– Да ну? Станет тебе неженка прокалывать соски.

– Черт! – Рыцарь внезапно посерьезнел. – Я ж не дал тебе бактина, чтобы намазать их. Ты на них с утра смотрела?

– Хм, ну да. Ничего хорошего.

– Покажи.

Я покраснела всерьез.

– Ну… да… сейчас.

Рыцарь же был специалистом, верно? Это как пойти к врачу. Ничего такого. Вообще. Совершенно нормально.

Я сунула руку за спину, расстегнула лифчик и подняла майку вместе с этой трехкилограммовой конструкцией. Приоткрыв рот, Рыцарь наклонился вперед, завороженный, как будто увидел там двухголовую жабу.

«Добро пожаловать на наше представление! Подходите, глядите, у нас тут телка без сисек! Вместо сисек у нее потресканные соски!»

Продолжая держать майку и лифчик одной рукой, другой я прикрыла свое пунцовое лицо.

– Господи, ну все уже? Это унизительно!

Рыцарь сказал:

– Погоди, – вскочил и вышел из комнаты.

Наверное, побежал блевать.

Он вернулся с парой латексных перчаток и пластиковым мешком, полным пакетиков с гелем и ватных дисков. Я в ужасе замерла, а Рыцарь присел рядом и начал методично протирать мой пирсинг. Закончив, он объяснил, что мне надо будет наносить это дело каждое утро и потом двигать украшения из стороны в сторону, чтобы антисептик проник на всю глубину.

– Вот так, – сказал он, и я поглядела сквозь пальцы. Он накрыл мою крошечную грудь руками в перчатках и осторожно подвигал гантельки туда-сюда, зажав их между большими и указательными пальцами. Ощущение было совершенно новым для меня. Мои трусики немедленно намокли, и мне пришлось прикусить язык, чтобы не застонать вслух.

Наверное, мне не удалось совсем уж скрыть свое возбуждение, потому что Рыцарь, ухмыльнувшись, сказал:

– Ну, или это могу делать я.

Я опустила майку с лифчиком и вскочила с места. Раскрывая шкафы, я пробормотала:

– Тебе не надо, не знаю, сахару там, или молока, или еще чего-нибудь? Я ненавижу чертов кофе и не знаю, что туда кладут, но я знаю, что многие…

– Не, нормально, – ответил Рыцарь, снимая перчатки. – Я обычно пью просто черный.

– Пожалуйста, – пробормотала я.