Приключения Брона продолжаются. Он добился своих целей: стал рыцарем, поступил в Академию и теперь постигает сложную науку магии, но стоило в его голове оформиться новым целям, как незамедлительно появились и преграды. На государство надвигается Война, обещающая залить страну кровью и кому как не рыцарю-магу, вставать на защиту своей Родины? Но древняя мудрость гласит, до войны ещё нужно дожить. Получиться ли это у нашего главного героя? Читайте и узнаете!
После разговора с Вилорой, Брон вернулся к себе в комнату. В голове его было пусто, а редкие мысли казались мелочными и столь незначительными, что вскоре исчезали бесследно. Не задумываясь ни над чем, он снял с пояса меч, аккуратно пристроив его в углу, а после, скинув балахон, улегся в кровать. То, что солнце еще не село за горизонт парня не смущало, хотя ранее ночные бдения при свете магического заклинания были для него нормой.
Сейчас же стоило ему лечь на кровать, как пустая голова привела к закономерному исходу. Юноша погрузился в сон. Только вот он не принес ему облегчения. Там, внутри его головы, подсознание сделало свое дело. Его собственные воспоминания переплелись с картинами памяти почившего колдуна, образуя новый, страшный образ. Кровавые битвы, тысячи павших, жалобные крики умирающих и едва заметный тлетворный запах смерти, расстилающийся над некогда цветущими полями. Картины были столь ярки, что посреди ночи юноша очнулся в холодном поту, с бешено колотящимся сердцем и едва заметной фантомной болью, терзающей тело.
Выровняв дыхание, рыцарь смог успокоиться, только вот с мыслями справиться было куда как сложнее. Однако и с ними он справился, очистив сознание с помощью техники медитации. Ему даже удалось вновь провалиться в сон, но лишь для того, чтобы через час история повторилась.
Подобное повторялось еще несколько раз за ночь, а потому рассвет он встречал на подоконнике, с хмурым выражением лица и красными от недосыпа глазами. Зато разум его вновь начал мыслить и анализировать. Первым делом юноша твердо уяснил для себя одну вещь. Война приближается. Понимание этой мысли страшило юношу, но больше его страшило то, что он в ней точно будет участвовать.
За прошедшие с пробуждения часы он уже принял одно тяжелое решение. Как бы он не дорожил своим словом, но в данной ситуации поступить иначе было просто нельзя. Нарушить данное подруге обещание или подвергнуть лишней опасности сотню людей, за которых он несет ответственность? Подвергнуть опасности своего друга, Киррета, чей отец владел землями, на границе с Кутадаром? Нарушить слово, это одно, но не сказать другу о грядущей опасности, это уже не обман, это предательство и не важно, что Король и его советники не глупы и в неведении своих вассалов не оставят, он должен сделать все что может для своих.
Студенты еще не проснулись, а потому первым делом Брон сел за написание письма барону. Сперва он просто хотел изложить все факты, что узнал, но чуть-чуть пораскинув мозгами, решил попробовать подвести барона к нужному ему решению. Узнай барон о надвигающейся войне, как первой реакцией будет забрать свою дочь из академии, дабы та не попала в корпус магов. Если самого Брона, как ленного рыцаря барон мог с легкостью вернуть, потребовав отдать его рыцарский долг, то вот с дочерью такое провернуть было сложнее. Студенты академии были обязаны принимать участие в военных действиях и то, желают их родители этого или нет не играло никакой роли. Потому первым же указанием барона было бы вернуть его дочь домой любым способом, самому же Брону нужно было взять от предвоенных месяцев все, что было можно.
'Приветствую вас, барон Туний.
Пишет вам ваш вассал, сэр Брон, получивший прозвище Шутник.
Так вышло что в академии я познакомился с компанией студентов второго года обучения. До недавнего времени я не интересовался их родословной, но одна из них оказалась дочерью герцога Тукморда. Недавно она неожиданно стала мрачной и молчаливой и мне удалось ее разговорить. Оказалось, что она узнала от отца о надвигающейся войне. По ее словам Рендия и Кутадар готовят вторжение и времени осталось не больше трех месяцев. Мне не ведомо, известили ли вас об этом, но промолчать я не мог.
На счет вашей дочери. Сэр, я не уверен, что она согласится добровольно покинуть академию, доверившись мне. Да и к тому же, не уверен, что смогу обеспечить ей надлежащую охрану в пути. Не мне давать вам советы ваша милость, но, если бы вы спросили моего мнения, я бы прислал сюда парочку рыцарей с оруженосцами и передал бы леди Мэри письмо, содержимое которого бы точно заставило ее вернуться домой. Я бы тоже с радостью присоединился к ним, но думаю, за грядущие три месяца мне удастся вызнать хоть что-то полезное и научиться хоть какому-то колдовству, что должно помочь нам в грядущей буре.
Готов принять любое ваше решение, барон Туний.
Жду вашего ответа. Если вас не затруднит, ваша милость, скажите, как обстоит дело с обучением моих солдат?'
Несколько раз перечитав письмо, Брон решил, что получилось неплохо, а потому свернув его, запечатал сургучом. На секунду в его голову пришла непрошенная мысль, что стоило бы обзавестись своим гербом, да и печатку изготовить для таких случаев. Однако свой баннер нужно было еще заслужить.
