Почти сказочная повесть. Что может заставить адекватного, разумного парня на время переодеться в женскую одежду? Вероятно, желание пошутить? А может быть, это потребовалось, чтобы реализовать собственный план с определенными целями? Об этом Вы узнаете, прочитав книгу, а также поймете, чему учил Пушкин талантливых людей?
Пролог
Моей любимой сестре Оле посвящается.
Ее, наверно, можно миновать,
Влюбившись сразу вдумчиво и зрело,
И навсегда утратить благодать,
К ней возвращаться –
К первой, неумелой,
Загадочной, неистовой, слепой,
Чтоб, испытав, как счастье убывает,
И, вспомнив молодое, — «Есть любовь!» –
По-взрослому поправиться: «Бывает!»
Юрий Поляков
— А сейчас переходим к другим новостям. Вчера сотрудники ФСБ России предотвратили серию терактов в нескольких областях страны, двое террористов задержаны, еще шестеро ликвидированы, — сообщила известная телеведущая вечерней программы. — Послушайте эксклюзивное интервью с одним из участников захвата. На экране появилось видео с наложенной на лицо цензурой в виде мозаики.
Девушке, приметной, яркой внешности, сидевшей в тихом, почти безлюдном кафе, хватило секунды, чтобы узнать фигуру говорившего, его характерный наклон головы. И хотя голос был порядком искажен, она поняла — это он.
— Наташка, посмотри, — она указала на висевший возле уютного камина телевизор, — это он, он.
— Да кто он-то? — спросила подруга.
— В «Новостях» Влад. Шевалье.
— Не может быть.
— Значит, может. Он все-таки добился своей цели.
Дикторша, читавшая текст, продолжила:
— За умелое выполнение боевого задания несколько участников этой операции представлены к правительственным наградам. Военные поощрены внеочередными отпусками.
«Это сколько же мы знакомы? — подумала девушка. — Так, десятый, одиннадцатый класс, пять лет института, два года работы, всего девять лет, скоро юбилей».
— Может, Влад тоже поощрен отпуском и приедет наконец домой, все же здесь у него родители, — предположила Наташа.
— Может быть, и приедет, — ответила ее подруга, а потом тихо добавила: — Только захочет ли он увидеть меня?
Вспомнилось прошлое, оно вдруг набежало, нахлынуло, полностью захватило…
Глава 1 Кавалер Шевалье в «Монтессори»
Если на клетке слона прочтешь надпись: буйвол, — не верь глазам своим.
Козьма Прутков
— Нет, нет и нет, ну, ты придумала, систер, — глядя на девушку, сказал Влад, — я, чтобы надел женскую одежду — да никогда.
— А что такого? Помнишь, мы читали о кавалере д’Эоне, который переоделся в Лию де Бомон и по приказу Людовика IV отправился к императрице Елизавете с тайным поручением.
— Помню, и что?
— Ну, ты же мечтаешь стать шпионом?
— Я мечтаю через два года поступить в академию ФСБ, а потом, в перспективе, стать офицером ФСБ, может быть других спецслужб, но никак не шпионом.
— Влад, ну тем более. Ты и меня выручишь, и себя проверишь на предмет умения адаптироваться, как говорится, в стане врага.
— Да зачем, что за глупости? Какой-то детский сад.
— Это не глупости. Я не хочу ехать в этот лагерь, понимаешь? Передумала. Можно, конечно, сдать путевку — и все дела, да ведь трудно представить, какую мама закатит истерику: посчитает, сколько она сил и средств затратила, чтобы определить меня на эту профильную смену, сколько людей на уши подняла! Ужас! Да еще этот дурацкий развод родителей. Сам же видишь, как она нервничает. Зачем лишний раз напрягать человека? Съезди в «Монтессори», прошу, смена всего-то десять дней, а я отправлюсь к бабушке вместо тебя, потом и ты приедешь. Нас все равно в этом городе никто не знает, подмену не заметят. Зато все сочинения по литературе, если, конечно, продержишься в лагере, я буду весь десятый класс писать за тебя.
— Весь год? — задумался Влад.
— Да, весь год, даю слово.
Предложение, если рассматривать под углом обещаний и клятв сестры, было заманчивым. Парень не любил уроки литературы вместе с этими дурацкими сочинениями. Нет, читать нравилось, можно сказать, это было его хобби, и анализировал произведения он довольно грамотно, но никак не доставляло удовольствия ему, как, впрочем, и любому шестнадцатилетнему парню, ну, почти шестнадцатилетнему, делать это под диктатом учителя.
— Систер, а как бабушке объяснишь, где я и почему ты приехала вместо меня?
— Ничего страшного, ей расскажу все без вранья. Она поймет в отличие от мамы.
— Все сразу раскусят, что я парень, уверен в этом.
— А ты постарайся, чтобы не поняли. Разговаривай поменьше, и только хриплым голосом, мол, у тебя ларингит, ангина, все вместе, в общем, скажешь, нужно беречь голос. Волосы у тебя длинные. Или распустишь, как сейчас, или перехватишь резинкой. Да, нужно подбривать пушок, где усы пробиваются. А еще обязательно крась губы, ну, не хочешь помадой, так хотя бы блеском для губ, представь, будто пользуешься мазью от ушибов, все легче будет пережить, — и, понимая, что брат уже почти согласен, продолжила: — Ну, что, по рукам?
— По рукам. Но с тебя сочинения в течение года.
Утром следующего дня Влад с уже сформированным на пункте сбора отрядом ехал на автобусе в детский оздоровительный лагерь «Монтессори. Ехал он под видом родной сестры — Влады Шевалье, разумеется, одетым в ее длинную, цветастую легкую юбку, футболку солнечно-желтого цвета, белые укороченные кеды. Эту композицию дополняла невесомая соломенная шляпка с небольшими полями.
