— Вспомни себя. Ты начал побеждать меня ещё задолго до того, как твой уровень фехтования превзошёл мой. Да и сейчас он ненамного выше. Почему ты побеждал? Потому что ты импровизировал, но не увлекался. Ты жёстко вёл бой, строил стратегию, а потом делал что-то неожиданное, к чему я был не готов. Потом оказывалось, что это ты придумал во время схватки и подводил логику боя к этому моменту, чтобы нанести удар наверняка. Твой брат не такой. Он логик, а в бою это не всегда преимущество. В бою иногда приходится фантазировать, выискивая новые пути.
— А этого мой брат не может… Что ж, я всегда это знал. Недаром он пошёл на физмат.
— На что?
— Физмат. Физико-математический факультет в институте. Там всегда требовался логический склад ума. А что с Роном?
— Он фехтует всё лучше и лучше. Если так пойдёт и дальше, то года через два очень немногие смогут противостоять ему. Но у него другая проблема. Если твой брат логик, то Рон фантазёр. Стиль его боя — сплошная импровизация. Он буквально взрывается какими-то неожиданными финтами.
— Разве это плохо?
— Неплохо, только Рон не может выстроить из своих приёмов систему. Они всегда неожиданны и часто не вовремя. Он что-то придумал и норовит тут же проверить, не думая, к месту будет этот приём или нет. Он великолепный тактик и никакой стратег. А ты ведь понимаешь, что на одной тактике далеко не уедешь. Можно выиграть все сражения, но проиграть войну. Это верно и в фехтовании.
— Понятно. Если соединить моего брата и Рона, получится великий фехтовальщик.
Деррон задумчиво посмотрел на меня.
— А чего гадать? Посмотри на себя.
— А что я?
— Помнишь нашу давнюю беседу, когда я говорил, почему из тебя может получиться самый лучший воин этого мира? У тебя есть логика и умение импровизировать. Именно это даёт тебе преимущество. Я понял, что слабое умение логически мыслить — это беда нашего мира, а вот у вас всё наоборот — логика на первом месте, а интуиция постольку-поскольку. Тебе в этом отношении повезло.
Об этом я как-то не задумывался. Но звучит логично.
— Я слышал, что отец тоже решил брать у вас уроки?
— Да. Уже неделю приходит на тренировку и занимается очень упорно.
— И как он?
— Егор, твоему отцу за сорок. Я, конечно, покажу ему, с какой стороны браться за меч, и научу, как его держать, чтобы не порезаться.
Подобная характеристика из уст Деррона говорила о многом, дальнейшие объяснения не требовались. Впрочем, чуда я и не ожидал.
— Ладно, Деррон, пойду поговорю с родителями, и надо собираться. Завтра с утра надеюсь отправиться в путь.
Сборы много времени не заняли. Я взял запасную одежду, тёплый плащ, еду. Всё это упаковал. Приготовил походную одежду с кольчугой, а потом навестил Урагана (которого, как оказалось, Мастер перенёс вместе с конём Рона на остров). Только после этого набрался решимости пойти к маме.
Мама не плакала, как я опасался, она только печально смотрела на меня, но говорила всё время о каких-то мелочах. Беспокоилась о нашем питании, боялась, что мы простудимся, и просила потеплее одеться. Отец тоже чувствовал всю неловкость ситуации. В конце концов мама взяла себя в руки, хотя не знаю, чего ей это стоило, и оставшееся время до вечера прошло довольно весело. Рон собрался даже быстрее, чем я. Наши с ним вещи были уже готовы, их оставалось только уложить в походные мешки и приторочить к седлу. К тому же лошади были только у меня и Рона, необходимо было найти коня ещё для Витьки, но это мы решили сделать в ближайшем городе, а пока он поедет вместе с Роном. Потом Витька захотел прицепить шпагу себе на пояс.
— Тебе что, неприятностей захотелось? — спросил я.
— Почему?
— Потому что шпагу цепляешь. Оружие — это своеобразный знак, свидетельствующий о статусе человека. Только дворяне и рыцари имеют право носить оружие. Ещё могут носить оружие люди, имеющие специальное разрешение.
— А как же Рон? Он-то повесил шпагу.
— Рон — мальчишка. Его никто не воспримет всерьёз, со шпагой или без. — Не объяснять же Витьке, что дело не только в разрешении. Если бы была нужда, то Мастер мог бы выдать вполне законное разрешение. Просто в этом мире ношение оружия не только даёт человеку различные преимущества, но и накладывает определённые обязанности. Такие, например, как дуэль.
Тут вмешался Деррон:
— Витя, помнишь, что я тебе говорил о положении рыцарей в этом мире? Советую крепко запомнить, что твой брат является рыцарем, а значит, имеет полную власть над тобой, поскольку ты не дворянин. Все его просьбы к тебе равносильны приказу.
Витьке этот пункт совсем не понравился, но он высокомерно пренебрёг им, посчитав, что, как старший брат, всегда сумеет найти на меня управу. Подобное отношение сулило нам в будущем крупные неприятности, но я решил отложить решение этой проблемы на момент, когда она возникнет. Пока же мы сошлись на том, что Витька возьмёт кинжал.
Ещё некоторое время занял подбор для него снаряжения. Деррон отыскал тонкую кольчугу, которую можно надеть под одежду. Однако надеть её Витька отказался, поскольку она показалась ему не слишком удобной. Я не настаивал, просто посоветовал положить её в свои вещи.
