Вообще, эту дорогую «лечилку» я брал с собой исключительно, чтобы не подхватить что-нибудь эдакое. Благо снадобье справлялось с любыми болезнями на их ранней стадии. Но так как здесь был храм, а эльфочки — не рабочие лошадки квартала красных фонарей, а обычные горожанки. Можно было особо не беспокоиться.
Красавица подомной что-то нетерпеливо промурлыкала что-то и притянула меня к себе. Ну, тут ничего не попишешь… коли женщина хочет, следует постараться.
— Муфалла, не честно, — простонало одно из лежащих неподалёку тел. — Я тоже хочу!
В ответ, между стонами, эльфийка пропела несколько коротких слов.
— Да — я хочу! — твёрдо промычало тело. — Но подползти — не могу…
Я мысленно усмехнулся, смутно подозревая, что просто так меня отсюда не выпустят…
Когда человеческий мужчина в маске, пошатываясь ушёл в сопровождении Аллиум-кэлри в купальню. Фелиниса со вздохом расслабленно опустила голову на подушки. Прислушалась к себе, а затем улыбнулась и мысленно вознесла благодарственную молитву Сауте, а затем подняв руку к потолку произнесла.
— «Девочки, а я беременна!» — слова эти прозвучавшие в тишине комнаты вызвали вялое возбуждение среди обессилевших от употреблённых магических эликсиров женщин.
И тем не мене по меркам очень редко рожающих детей тёмных эльфов, это было настоящее событие, пусть даже отцом ребёнка являлся человек.
Собственно, за этим их и отправили из родной деревеньки в большой Человеческий город. И вот же повезло Фелинисе, залетела с первого раза.
— «Ой, а я тоже…» — выдала валяющаяся голой попой к потолку Маэллада.
— «И я!» — подняла руку одна из тех, которые лежали на полу.
— «Тоже! Беременна…»
— «Счастье-то какое девочки! Я буду «мамой»!»
— «Угу…» — только и выдала ещё одна тёмная эльфийка, жестом показывая, что с ней произошло тоже самое.
Раздались ещё подтверждающие случившееся голоса.
— «Так что получается?» — удивлённо произнесла Фелиниса. — «Мы все понесли от него?»
— «Похоже…»
— «Это же чудо!» — воскликнул кто-то. — «Такого просто не бывает!»
— «Об этом должна узнать Аллиум-кэлри нашей деревни!» — уверенно сказала Фелиниса. — «И как можно скорее! Этот человек явно отмечен самой Сауте!»
— «Если это так», — высказал общую мысль кто-то после минутного молчания. — «То мы не можем оставлять его людям!»
— «Согласна», — кивнула старшая тёмная эльфа. — «Но пусть решает Аллиум-келри. Мы же попросим местную матушку выяснить кто этот незнакомец в маске…»
— «Значит возвращаемся домой?»
— «Естественно», — ответила Фелиниса. — «Здесь нам больше нечего делать! К тому же я больше не позволю никому дотронуться своими грязными лапами до моего священного тела!»
— «И я!» — промычал кто-то.
Вскоре все выразили своё согласие.
— Так! Бабушка! — прорычала разъярённая Эдиллия, вместе с испуганной и смущённой Мензаролзин, возникая возле лежанки, на которой вольготно развалилась Оэфлия.
Богиня Любви, которая в этот момент как раз подхватила с золотого блюда новую веточку похожих на виноград райских ягод, удивлённо вскинула бровь.
— Ты чего творишь старая кашолка! — продолжала яриться её внучка.
— И я хотела бы это услышать… — раздался за спиной Богини Победы ледяной голос её старшей сестры.
— Ой, а я как раз пришла узнать о том же самом… — елейный голосок Асуры, заставил всех повернуться в её сторону. — Привет «Комарик», Эллидия, Лорида…
— А что такое? — удивлённо и словно бы, не понимая о чём они говорят, похлопала глазками Оэфлия и отложив кисть ягод, эротично потянулась. — Чего это вы девочки такие возбуждённые? Случилось чего?
— Ты прекрасно знаешь, что случилось! — топнула ножкой раскрасневшаяся Эллидия. — Откуда появились дети — бабушка!
— Ох маленькая моя, — заахала Богиня Любви. — Сама уже мамкой стала, а о таких вещах спрашиваешь. Понимаешь ли, дорогая, когда мальчик и девочка…
— Если только девочка не «Мой» эльф, на длительной паузе, — почти с теми же интонациями произнёс новый голос, принадлежавший Тёмноэльфийской Богине Сауте, которая тут же проявилась в этом пространстве, во всём своём обнажённом великолепии.
— Ты бы прикрылась хоть! — раздражённо бросила Асура своей сестре — конкурентке.
В отличии от стеснительной Мензаролзин, которая была божеством дроу, противостоящих её, Асуры избранному народу, и над которой она постоянно подшучивала и откровенно издевалась, тёмная эльфа была крепким орешком.
— Обойдёшься, — отмахнулась от неё Саута. — Всё равно потом раздеваться…
— А вот и наша шалава появилась, — в голосе Оэлии больше не слышалось привычных игривых ноток. — Чего надо.
— Вот это я тебе хотела спросить, — резко огрызнулась тёмная эльфа, зло сверкая глазами. — Зачем ты влезла в дела моих последователей!
— А захотелось!
— Ах тебе захотелось! — вновь разъярённо рыкнула Эллидия! — Да как ты посмела лезть к моему мужу и моему Герою!
— А с тебя я ещё спрошу за то, что ты нарушила мой запрет! — развернулась к внучке Богиня Любви. — Со всех вас!
— Да плевать я хотела на твои запреты! — окатила бабку льдом Лорида. — Мне твои…
— Заткнись дура! Ты как со старшими разговариваешь…
