Я не говорила Демьяну о том, что рассказала обо всем Равилю. Тогда как он мог знать «лично»? Подслушал или…
– Ты виделся с ним? Равиль был здесь?
Он не ответил, только едко усмехнулся. В глазах наконец-то блеснуло что-то кроме высокомерия и ехидства, и то был страх.
– Попробуй спросить его об этом сама, – выплюнул Демьян, выходя из камеры хранения. – Если сможешь его найти. Если успеешь.
И он картинно постучал пальцем по наручным часам, которые отмеряли последние часы пребывания в Калининграде.
Мне не нужно было ничего спрашивать, чтобы убедиться в том, что Демьян знал, какую трепку мне задал отец Равиля. И он явно в курсе, что телефона у меня больше нет.
Смагин наверняка гордился собой, ведь исполнил безупречный отвлекающий маневр. Пока все пересылали и обсуждали мое «интимное» фото, я носилась в поисках Равиля вместо того, чтобы обелить честь. Я бы могла сейчас объявить, что снимок – липа, а Демьян – лжец, который шантажировал меня ради победы в споре. Но мне не до этого. А чем дольше я тяну с опровержением, тем труднее мне станут верить.
Демьян защищал себя таким грязным способом, а я и мое разбитое сердце были лишь расходными материалами. И я ничего не могла с этим сделать.
В салоне сотовой связи мне предложили взять новый телефон, но предупредили, что восстановить сломанную сим-карту пока не получится. Без нее смысла в смартфоне я не видела почти никакого – не смогу ни позвонить, ни зайти в соцсети. Единственный плюс – наличие карты под рукой.
Я взяла самый дешевый телефон и все же попыталась войти на свои странички. Не получилось. Сайты запрашивали коды подтверждения, которые приходили на мой недоступный номер. Проклятье! Никогда не думала, что буду ругать себя за то, что поставила двухфакторную защиту!
Я прошла в центральный парк и решила устроиться пока там. Вдруг кто-то из ребят с группы будет здесь гулять? Но пока я регистрировала новые странички в соцсетях, никто из знакомых мимо не прошел.
Теперь надежда была только на то, что я смогу найти Арину или Равиля по имени и фамилии, но я заранее знала, что это приведет к провалу. У Арины страница была скрытой, а аккаунт Равиля вместо его имени носил какой-то цифровой код. Наизусть я его, конечно, не помнила.
Меня захлестывало отчаяние. Единственное, что я знала наверняка, – это время, в которое мы должны будем собраться у аэропорта. Я понятия не имела, где Арина или Равиль, и даже предположить не могла, как их найти.
Хотя…
Я вбила в поиск «Гугла» имя Равиля, а потом его отца. Открыла самые свежие странички с новостями и чуть не подпрыгнула на месте от радости.
Есть! Нашла!
Глаза забегали по строчкам статьи, в которой говорилось о благотворительном вечере в отеле «Пруссия». В статье указывалось, что посетить костюмированный бал-маскарад могут все желающие, но билет платный, а дресс-код обязателен.
У меня округлились глаза, когда я увидела цену билета. Денег, что швырнул мне Александр, хватит впритык. А ведь еще нужно наряд взять… По правилам девушки должны быть в длинных вечерних платьях и маске. Ни первого, ни второго у меня не было.
А еще мне катастрофически не хватало времени, ведь вечер начинался за час до того, как я должна буду стоять у аэропорта.
Но лучше попытаться и проиграть, чем корить себя за то, что не попробовала.
Я буду на этом вечере и получу ответы, даже если они прозвучат аплодисментами в честь того, что Равиль надел кольцо на палец другой.
Создать приличный образ оказалось не так просто. Найти платье, красивое и недорогое, придумать, где и как уложить волосы и макияж, – тоже та еще задачка. Из гостиницы-то выселили, а наводить марафет в общественных туалетах… Даже думать об этом было некомфортно.
В гостиницу я все же вернулась, чтобы войти в камеру хранения и оставить записку на сумке Арины. Я не стала писать, где пропадаю, потому что послание мог взять кто-то кроме Якоревой. Демьян, например, а он уже достаточно испортил мне жизнь. Хватит давать новые поводы. Так что я ограничилась коротким:
По картам я нашла дешевый магазин поношенных вечерних нарядов, который располагался на окраине города. К сожалению, не на той окраине, с которой было ближе ехать до «Пруссии». Я не сразу рискнула ехать туда, а походила по центру, но цены кусались, а продавцы смотрели на меня, как на мокрую собаку, которая в дождь забрела в магазин погреться. Так что, поджав хвост, скоро я запрыгнула в автобус и поехала на окраину Калининграда.
В магазинчике «Вторая жизнь» меня встретили звонок колокольчика на двери, запах порошка и приветливая улыбка хозяйки. Старушка, похожая на сморщенный изюм в пуху седых волос, вежливо расспросила о том, что мне нужно, довольно кивнула и проводила к примерочной. Пока я располагалась, бабулечка принесла несколько платьев.
