К гостинице «Пруссия», где в первый день моего путешествия мы с Равилем и познакомились на шоу, мы отправились на такси. Дорога от центра небольшого города до его окраины занимала не больше получаса даже с учетом того, что Равиль сделал остановку у незнакомого мне магазина. Он быстро вернулся с большим крафтовым пакетом и загадочно пояснил:
– Это сюрприз, рыжая.
Мы сидели на заднем сиденье, и расстояние между нами казалось бесконечным. Я радовалась, что скоро мы доберемся до «Пруссии» и конюшен, что располагались на территории отеля, и уже там никакого ограничения на касания.
Я пообещала себе, что сегодня сделаю в сторону Равиля не один шаг, а все десять. Ведь за эти несколько дней он действительно не единожды показал, что заинтересован мной. Сказал это прямо, а я… Мялась, как нерешительная дура.
Мы вышли из такси на уже знакомой парковочной площадке, затем прошли через отель тем же путем, что я пробегала не так давно на шоу вместе с Ариной. Правда, в этот раз все было иначе.
Коридоры не ломились от народу, трибуны пустовали. Нас встречали лишь администраторы и работники отеля.
– Равиль Александрович, – приветственно кивали ему, а меня провожали удивленными взглядами.
– Не волнуйся, – сказал Равиль, когда мы приблизились к выходу на задний двор к арене и конюшням. – И чувствуй себя принцессой. Ты во дворце, а я твой принц.
И он протянул мне раскрытую ладонь, в которую я тут же вложила свою. Хотелось прыгать и петь во все горло, так мне нравился Равиль и то, как он себя со мной вел. То, как я чувствовала себя рядом с ним настоящей принцессой.
– Меня смущает, что меня здесь теперь точно запомнят. Ты тут не последняя фигура, да?
– Я совладелец «Пруссии». Так что ты сейчас более чем почетная гостья. Уверен, что на любые шоу тебя будут пропускать бесплатно. Придешь снова болеть за меня?
– Только если ты вновь выберешь меня дамой сердца, – подшутила я, но Равиль ответил вполне серьезно:
– Само собой. Тогда я перешлю тебе расписание шоу? Они не каждый день.
Так тонко мои контакты еще никто не спрашивал. И как тут не согласиться?
После мы прошли через пустые трибуны и арену. Странно было видеть это место таким. В прошлый раз оно было полно людей, музыки и голосов, а сейчас мы с Равилем шли одни, и лишь звуки наших шагов нарушали тишину опускающегося вечера.
По незнакомой тропинке Равиль провел меня к конюшне – деревянному зданию в виде укрепления замка с большими двустворчатыми дверьми.
– Готова? – спросил он, явно волнуясь ничуть не меньше меня, и я кивнула.
Равиль открыл двери, и мы оказались в конюшне, где было не меньше десятка стойл. И почти все они заняты лошадьми, которые встретили нас фырканьем и ржанием. Я сразу узнала Борзого – белого скакуна с длинной гривой. Заметив Равиля, он подошел к ограждению стойла и вытянул шею.
– Сколько их тут, – пораженно выдохнула я. – Никогда так много лошадей разом не видела!
– Это крупица. – Равиль подошел к ящикам хранения у входа, достал из одного из них яблоко и на раскрытой ладони протянул Борзому. – Одиннадцать спасенных животных – это почти ничего.
Борзый довольно уплетал лакомство, а другие кони смотрели на него, как мне казалось, с завистью. Я нашла взглядом ящик с яблоками и задумалась. Могу ли покормить других лошадей?
– Не стесняйся, – Равиль потрепал Борзого по гриве, – бери, если хочешь кого-то угостить. Только делай это аккуратно, чтобы не лишиться пальцев. Вот так.
Он приблизился ко мне, взял яблоко и положил его на ладонь, как на плоское блюдце. Хорошо, выглядело несложно. Приготовив лакомство, я подошла к ближайшему стойлу и протянула его рыжей кобыле. Думаю, мы обе были в восторге. Лошадь – от угощения, а я – потому что все получилось. Я накормила животное и не потеряла пальцы!
– Ого, ты понравилась Белке! Обычно она чужих не любит.
– Просто чужие подходили к ней без яблок, – пошутила я, пытаясь не раздуться от гордости.
Я всегда считала, что животные лучше чувствуют людей. И раз мне доверилась такая строптивая лошадка, это что-то да значит.
– Откуда она? – Я разглядывала Белку, пока та расхаживала по стойлу.
– С бойни. Как и многие здесь, – мрачно отозвался Равиль и сел на один из закрытых ящиков. – От нее отказались хозяева из-за тяжелого характера кобылы. Белку ждала смерть, но я забрал ее сюда.
– О, – только и смогла выдать я.
В этот момент мое восхищение Равилем достигло критической отметки. Если он скажет что-то трогательное и милое в ближайшие секунды, я не сдержусь и поцелую его прямо здесь, в конюшне, среди сена и лошадей.
– А эту? – Я кивнула на следующее стойло, на серую лошадь в крапинку. Она напоминала двоюродную сестру далматинцев из-за частых и мелких черных пятнышек.
– У Космос травма позвоночника, которую иногда называют «целующиеся позвонки». Это значит, что из-за деформации позвоночника части ее позвонков соприкасаются, принося боль. Прошлый наездник Космос не распознал болезнь лошади и решил, что она просто капризничает во время езды.
Космос повернулась к нам полубоком, и я заметила, что ее спина прогнута чуть больше, чем у соседок по стойлам. Горло сжалось.
