– Знаю. Но мне казалось, что знание нескольких языков делает тебя… свободнее?
Какое-то время мы сидели молча, слушая ветер и утихающее пение вечерних птиц. Я уплетала ягоды, лежа на боку, а Равиль изредка из горлышка пил вино.
– Что у тебя с мамой? – спросил он, не глядя на меня. Будто боялся смутить.
И обычно я действительно избегала этой темы. Меня преследовало клеймо нежеланного ребенка. Осознание, что я не должна была родиться, ведь никто меня не ждал, было самым ужасным чувством в жизни. Когда слух о том, что моя мама даже не знала, от кого меня родила, прошел в универе, я прорыдала несколько дней кряду.
Но теперь…
– Вот именно, что ничего. Даже не знаю, почему она не избавилась от меня – аборт или детский дом. Варианты были. Всяко лучше, чем жить и понимать, что ты даже собственной матери не нужна.
Как обычно, когда думала о маме, в горле встал ком. Она меня, может, и не любила, но выкорчевать из души инстинктивное тепло к ней я все равно не могла.
– Отца я не знаю. Мама, думаю, тоже не в курсе, кто он именно. По крайней мере, так говорят…
– Кто?
– Все. Даже бабушка. Она меня вроде любит. Думаю, только из-за нее я и осталась.
«В семье. В этой жизни», – мысленно добавила я и поджала губы. Слезы просились на глаза, жгли меня изнутри, но почему-то отказывались выходить.
Чувство одиночества, ненужности росло вокруг меня грозовой тучей. Молнии уже жалили грудную клетку и легкие, но ураган стих, когда Равиль коснулся моей руки.
– Иди сюда. – Он притянул меня к себе, аккуратно сдвинув еду в сторонку.
Я послушно придвинулась. Он сделал то же самое. Теперь мы лежали совсем рядом: моя голова на его груди, его руки обнимали меня, будто выстраивая защитный купол. И это работало, гроза стихла.
– Я представляю, каково тебе, – совсем тихо произнес Равиль у моего уха. – Я сам своему отцу не нужен. То ли дело в том, что напоминаю ему о маме. То ли в том, что он и маму-то никогда по-настоящему не любил.
Он говорил ровно, бесстрастно, но мне была знакома эта маска – сделать вид, что небольно, чтобы поверить в это. Может, не сразу, но однажды…
– А сейчас он держит меня около себя, потому что я приношу ему выручку. Он сделал меня совладельцем отеля, чтобы не смел вякать. Дал возможность зарабатывать, чтобы у меня была иллюзия свободы и выбора. Но мои лошади, моя конюшня – у него под ногтем. Одно неверное движение, и он уничтожит все, что мне дорого. Все, что осталось от мамы.
– Равиль… Мне очень жаль.
Он грустно улыбнулся одними уголками губ:
– Я выкарабкаюсь. Что-нибудь придумаю.
Я проследила за его взглядом, который был направлен на Борзого. Сейчас он улегся на траву и забавно стриг ушами. Такой безмятежный, счастливый…
У меня завибрировал телефон. Я не хотела смотреть, что там, но Равиль сказал:
– Ответь. Вдруг что-то важное.
Мне не хотелось отодвигаться от Равиля, даже чтобы взять телефон. Ни на секундочку. И, похоже, это желание было взаимным, ведь, стоило мне достать смартфон, Равиль вновь притянул меня к себе.
На экране горело сообщение от Егора:
Я улыбнулась экрану и быстро выдолбила на сенсорной клаве ответ:
– Ого, какая улыбка. – Равиль заправил мне за ухо локон, чтобы лучше видеть мое лицо. – Мне стоит начинать ревновать?
– Это мой гейм-мастер, – дописав сообщение, сказала я. – Он ведет нашу компанию уже давно. Егор мне как брат. Двоюродный брат, которого я завтра увижу впервые в жизни.
– Во всем этом я понял только про брата. Расскажешь подробнее?
Мы легли рядом и повернулись на бок, лицом друг к другу. Равиль подпер голову рукой, а я уложила ее на сгиб локтя.
– Ты знаешь, что такое DnD?
– Погоди, ты о той игре, когда компания странных друзей собирается за столом часов на шесть, чтобы отыгрывать роли за своих выдуманных персонажей, пока другой их странный друг сочиняет для них приключение и заставляет кидать кубики?
– Что же… Это звучит так же плохо, как пояснение в интернете, – а потом я вслух зачитала цитату из поиска: – «Коллаборативная ролевая игра о приключениях в фэнтезийном мире». Сухо и непонятно.
– Да, я лучше пояснил. – Равиль сверкнул довольной улыбкой. – Я все-таки что-то знаю! Можно хоть завтра на игру.
Я рассмеялась, но этот звук встал в горле, когда я поняла, на что Равиль намекал.
– Серьезно? Ты хочешь пойти со мной на игру?
– А почему нет?
Я перевернулась на спину и устремила взгляд на небо. Оно уже было цвета спелой сливы. Скоро совсем стемнеет, и мы зажжем свечи. Я видела их в пакете, где была еда.
– DnD – это не так просто. Прежде чем играть, нужно создать персонажа, придумать ему предысторию, раскидать очки характеристик и умений… И это гораздо сложнее, чем звучит. Обычно в этом помогает мастер, который ведет игру. Он же составляет примерный сценарий приключения, но постоянно меняет его под выборы и действия игроков и броски кубиков.
