В первый раз она поняла, почему он так раздражался, когда она вела себя с ним как с мальчишкой.
- Я не желаю принимать Перретта!
- Почему же? Извольте обьяснить, миледи! - Тон Хью был крайне резок.
Потому что он приехал разлучить нас, бессознательно подумала Эдлин.
И это была правда. Похолодев так, словно зима обдала ее своим вьюжным дыханием, Эдлин постаралась поскорее прогнать ужасную мысль.
- Отчего ты побледнела? Я же говорил, что никогда не подниму руки на женщину. Я всегда держу свое слово, хотя сегодня вечером ты сделала все, чтобы я его нарушил. Не упрямься, спустись вниз и...
- Нет! - Эдлин подошла к камину и протянула руки к огню. - Извинись за меня перед своим другом. Скажи, я выйду с ним проститься. С ним, с тобой и... - Она, помолчав, спросила со страхом: - Ты берешь в поход моих сыновей?
Ее сыновей?! Хью почувствовал, как у него сжалось сердце: только сегодня утром это были их с Эдлин сыновья!
- Я не собираюсь следить в походе за двумя необученными мальчишками, которые не умеют даже толком нарезать жаркое.
- Спасибо и на этом, - сказала она уже намного спокойнее и тише, чем раньше, но Хью почувствовал, что эта, казалось бы, благотворная перемена в ее настроении на самом деле не сулит им обоим ничего хорошего.
- Тебя так расстроил мой скорый отъезд?
- Ты на редкость сообразителен!
Никто не смел насмехаться над ним, но за Эдлин он такое право признал.
- Неужели ты думала, что я не откликнусь на призыв принца?
- Нет, я с самого начала знала, что непременно откликнешься.
- Тогда почему ты злишься?
- Я не злюсь.
Она старалась держать себя в руках, но что-то было не так, и Хью понял, что именно.
- Я поклялся хранить верность королю, и теперь, когда он нуждается в помощи всех своих преданных вассалов, я не могу ему отказать.
- Я не собираюсь тебе мешать.
Но она мешала! Он ощущал в ней тщательно скрываемую страсть и еще сегодня утром был уверен, что она любит его и готова в этом признаться. Припомнив утренние события, Хью чуть не застонал от душевной боли. Неужели она просто притворялась?!
- Ты говорила, что уже не любила его, когда он погиб, что он сам убил твою любовь, - неожиданно сказал он.
- Кто? - Она и вправду не поняла, о ком идет речь.
- Робин! Ведь это он всему виной, правда?
- Нет! Конечно, нет! - Эдлин яростно отвергла эту возможность.
- Он был твоей единственной настоящей любовью, а я взял его в плен на верную смерть, вот ты и решила заставить меня отказаться от своего долга перед королем, пообещав мне...
- Свою любовь? Ты это имеешь в виду? - устало спросила Эдлин.
Он собрался с духом и решил сказать все:
- Да, пообещав мне, что полюбишь меня.
- Неправда!
- Что же тогда правда?
- Я действительно когда-то любила Робина, но моя любовь угасла еще до того, как его не стало, и немудрено. Что теперь вспоминать об этом!
- Но тогда почему ты так себя ведешь? Мне тоже нелегко. Какой-нибудь слабак на моем месте извел бы себя угрызениями совести, во имя долга оставляя жену.
- Но ведь ты не слабак!
Да она над ним просто издевается!
Казалось, Эдлин хочет что-то сказать, но никак не может подобрать нужных, единственно верных слов.
- Тебя могут убить, - сухо произнесла она наконец.
- Мы уже обсуждали это, - ответил Хью тоже подчеркнуто сухим тоном. Меня не убьют.
Ее внешнее спокойствие дало трещину.
- Робин тоже так говорил! - почти вскрикнула она.
- Я - совсем другое дело.
- Мне доводилось видеть немало вдов, чьи мужья отправились воевать, убежденные в своей неуязвимости.
- Они-то и были похожи на Робина. Кажется, над нами все время витает его тень, мешая нашему счастью!
- Нет!
- Что же тогда заставляет тебя противиться моему отъезду?
Эдлин бросила на Хью такой свирепый взгляд, что он решился на то, чего никогда бы не позволил себе раньше.
- Или ты боишься Пембриджа? - спросил он осторожно.
- Пембриджа?
- Да. Ты ведь встречала его, когда была замужем за Робином?
Реакция Эдлин была красноречивее всяких слов - ее глаза расширились от ужаса. Значит, это правда, и она солгала, когда сказала, что незнакома с Пембриджем. К чему такая скрытность?
- Да, встречала, - призналась Эдлин.
Она предала его! Хью едва не пошатнулся от переживаемых мук.
- Значит, я ошибался, и дело в Пембридже? Ты его любишь?
- О, Господи, нет! - Эдлин вскочила на ноги. Хью заметил, что ее била дрожь. - Я утаила от тебя свое знакомство с Пембриджем потому... потому, что действительно боюсь его!
- Боишься?
- Он никогда не делал мне ничего плохого, но он ужасный, жестокий человек.
В этом она права, подумал Хью.
- Я всегда хранила верность Робину, несмотря на его похождения.
- Но разве в душе ты не желала Пембриджа?
- Никогда! Не желала и не желаю! - Эдлин затрясло еще сильнее.
- А как насчет меня? Меня ты тоже не желаешь? - спросил Хью. С каждой минутой этого мучительного разговора его все больше одолевали досада и горечь разочарования.
Глаза Эдлин сверкнули, она хотела ответить, но Хью остановил ее. Он задал глупый вопрос, надо спросить иначе.
- Скажи лучше, ты любишь меня?
