Его звали Штурман. Фамилия это, профессия или прозвище мне неизвестно. Сколько ему лет и откуда он, я тоже не знал. На вид ему было слегка за сорок. Его лицо все время покрывала короткая борода. Темно русые волосы свисали до плеч, он никогда не укладывал их и не собирал в хвост, но при этом они всегда были чистыми и расчесанными. Штурман был чуть ниже меня ростом. Если мой рост метр восемьдесят пять, то его примерно метр восемьдесят. Он был жилистым и не по комплекции сильным, что меня всегда удивляло. Чтобы развить такую же силу, в армии мне пришлось нарастить немалую мышечную массу.
- А здесь написано, что это единственный день, когда можно попасть в этот мир - продолжала настаивать на своем Валери.
- И что же это за мир такой, в который можно попасть двадцать девятого февраля? - не унимался Штурман.
- Это мир, который не имеет названия за своими пределами - ответила Валери.
- Да неужели?! Никто ничего толком не слышал об этом мире, а если и слышал, то уж координаты точек входа наверняка не знает!
Эти слова Штурман произнес таким злорадным и торжественным тоном, что я уже начал думать о том, что мероприятие отменяется. Немного успокоившись, я начал поглядывать на официантку, которую давно собирался пригласить на свидание. Немного поумерив свой пыл, Штурман присел к нам за столик и попросил Валери показать координаты точки входа.
- Конечно, но только после волшебного слова - сказала Валери.
- Пожалуйста - улыбнувшись, сказал Штурман.
Иногда, забывая о ее натуре, и том, что нас связывают чисто деловые отношения, я наблюдаю за тем, как она двигается, поправляя свои волосы, прислушиваюсь к тембру ее голоса, не обращая внимания на смысл слов. Правда, как только она это замечает и пытается использовать, ко мне тут же возвращается ясное понимание того, что кроме дружбы и взаимного сотрудничества между нами ничего не может быть.
Валери представила вниманию Штурмана свернутый лист толстой, пожелтевшей от времени бумаги. От этой бумаги веяло древностью. И не той, которую вы можете почувствовать, доставая с книжной полки прабабушкин томик "Война и мир". Такое можно почувствовать, только находясь рядом с пирамидами или компьютером тысяча девятьсот восьмидесятого года выпуска. Странно было видеть подобный предмет перед собой. Насколько я помнил, Штурмана всегда интересовали маршруты, направления и координаты. Только это вызвало в нем хоть какие-то эмоции. На все остальное он смотрел с равнодушием.
- Очень древний свиток - подал голос Штурман.
Он настолько увлекся изучением свойств бумаги, что откусил от нее кусочек и начал его жевать.
- Ты что делаешь, сволочь?! - вспылила Валери. - Ты что не позавтракал? А ну прекрати сейчас же!
Продолжи Штурман свой акт вандализма, он вряд ли бы отделался устным предупреждением. Несмотря на цвет волос Валери, я с уверенностью могу сказать, что если бы самка черного ягуара превратилась в женщину, то выглядела бы так же как Валери в этот момент.
- Ничего ты не понимаешь! - выплюнув откушенный кусочек бумаги, обиженно сказал Штурман. - Свиток действительно древний.
- Ты лучше, чем показывать свои кулинарные пристрастия, удели внимание тексту и схеме! - немного успокоившись, посоветовала ему Валери.
- Может, блинчиков хочешь? - на всякий случай спросил я у Штурмана.
-Так, посмотрим, что тут у нас... - не обратив внимания на мое предложение и оставив в покое состав бумаги, Штурман принялся за изучение ее содержания - Так, интересно. Девятая ось от поворота реки... Так, здесь у нас место силового потока. Ага, вот она, на пересечении с вертикальным потоком. Так, есть такое дело. А по высоте? Почти на уровне поверхности... Это невозможно!
На секунду он оторвал взгляд от свитка, задумчиво посмотрел на меня, как будто я чем-то мог ему помочь, потом на Валери и, приняв какое-то одному ему известное решение, задал вопрос:
- Предположим координаты верные, место почти идеальное, но даже если мы найдем этот идеальный вход, где гарантия, что выход будет, таким же?
В описании действия и возможных его последствий, Штурман употребил местоимение "мы". Значит, его заинтересовало это дело и, похоже, что упоминание о другом мире, странными показались только мне. В такие моменты, я острее всего чувствовал свою ограниченность и не способность проникнуть в тайны строения вселенной.
-Тогда нам надо выбрать уютный гроб - без тени иронии ответила Валери. - Например, черный немецкого производства.
Мне вдруг стало не по себе, я поежился, автоматически нащупывая в кармане брелок сигнализации с ключами, а вот Штурмана ее ответ, вполне утроил, и он продолжил изучать свиток.
- Так, а здесь что? Так, так... Если в этом мире, не было серьезных катаклизмов, то по карте мы сможем отыскать этот, эту... Как ее?
- Ты читай-читай - томно произнесла Валери.
Она без труда могла подтолкнуть мужчину к действию, но, похоже, Штурман не меньше, чем я знал ее уловки и продолжил скорее из интереса к свитку. Внимательно разбираясь в непонятных мне закорючках, похожих на китайские иероглифы, он то и дело посматривал на Валери, и недоверчиво покачивал головой.
