— Ты думаешь? — спросил Людвиг, подходя к следующему кокону.
— Может, они хотели дожить до наших времён. Не знаю, может и выдумка, но я как-то слышал, что в прошлом пытались замораживать себя, чтобы самим увидеть будущее. Правда, вряд ли бы они обрадовались, когда увидели такое будущее. Но увы, растаяли раньше.
Эйнар попробовал сглотнуть комок в горле. Ничего себе, испугался так, что тараторит быстрее парня.
— А как ты объяснишь вот это? — Людвиг показал на следующий кокон.
Человек внутри ничем не отличался от предыдущего. Такое же лицо, такая же одежда и причёска.
— И здесь он! Да что это, Вечный побери, значит? Будто мне кошмар снится.
По спине побежали мурашки, но не от холода, а от жуткой неправильности происходящего. Действительно, как дурной сон.
— Давай уйдём? — попросил Людвиг. — Вдруг они проснутся.
— Не может этого быть. Они мертвы. Пока остаёмся.
Рыцарь начал спорить, но внимание Эйнара вновь привлекла главная панель. Всё ещё работает. Какие же тайны она скрывает?
— Вон та штука может дать ответы.
— А что это?
— Это главная панель мейнфрейма, — Эйнар посмотрел на Людвига и вздохнул. — Сердце этого убежища, короче.
С такими теками работать ещё не доводилось, системы управления намного сложнее дреков. Но чтобы забрать тайны убежища, не нужно много уметь. Эйнар пошёл к мейнфрейму, а рыцарь, робко возразив, пошёл следом. Похоже, что и у него любопытство пересилило страх.
Система зашумела, стоило к ней подойти. Из пола выдвинулся стол с переключателями и экраном поменьше, и удобный стул. Эйнар усмехнулся и сел. Руки немного дрожали от волнения. Настолько ценного сокровища ещё не попадалось. Подумать только, работающий мейнфрейм из Старого мира. Причём дело не в заоблачной ценности древнего тека, стоящего намного дороже того замка, о котором мечтал Жаба, а в самой возможности поработать с машиной. Вот ради этого приятного ощущения азарта Эйнар и лезет в руины. Жаль только, что это редкое ощущение. Куда чаще приходится замирать от страха.
На мониторе появились быстро бегущие надписи, а затем возник силуэт мужчины в странной круглой шляпе. По вытянутым рукам вились молнии. Хорошо знакомый символ.
— Не может быть, — сказал он и провёл мизинцем левой руки по горящей на столе панели.
Панель моргнула красным. Ну, попробовать стоило.
— На наших дрэках такой же знак, — объяснил Эйнар. — Наверное, что дрэки, что эту машину строили одни и те же люди.
— А что это?
— Монитор.
— А что тут написано? — Людвиг провёл пальцем по надписи, оставляя размазанный отпечаток.
— Райдзин Технолоджи. И не спрашивай, я не знаю, что это означает. Никто не знает.
— Старцы?
— Может быть.
А теперь пора раскрыть здешние тайны. Их должно быть много. Берна настойчиво требовала, чтобы Эйнар разобрался с кантаром и выучил порядок действий наизусть. Именно это нужно было сделать в Святилище, никто же не знал, что оно обитаемо. Он достал увесистую капсулу из сумки. Хорошо, что бандиты Губерта не поняли, что это такое.
— А что это? — тут же спросил Людвиг.
— Увидишь.
Эйнар нажал на кнопку и тек послушно раскрылся. Головка щупа чуть вылезла с одной стороны. Теперь нужно вставить его в специальное отверстие, на столе как раз есть такое. Гибкий щуп вошёл и щёлкнул, капсула засветилась красным. Кантар работает! Сколько же всего здесь может храниться!
— Я уже думал, что придётся возвращаться с пустыми руками, — Эйнар почувствовал, как кончики губ расползаются. От улыбки правая сторона лица немного немела, как всегда.
Людвиг даже ничего не спросил, но, когда на капсуле засветились огни и над ней, прямо в воздухе, появились надписи и рисунки, он вздрогнул.
— Да что это?
— Всё расскажу!
Рыцарь полез своими лапами к висящему в воздухе экрану. Эйнар шлёпнул парня по руке и ткнул пальцем в нужное поле. Капсула засветилась жёлтым и потухла, а следом за ней перестал светиться сам мейнфрейм, все его экраны и даже ящики вдоль стен. В зале стало темно, только зелёные огни светят из коконов, но скоро всё включилось. Кантар пикнул и начал моргать синим.
— Слушай! Оно работает!
Хоть что-то идёт без проблем. Весь месяц дела шли всё хуже и хуже, только сейчас впереди замаячила удача. Людвиг уже ничего не спрашивал, потирая отбитую руку. Даже страшно подумать, какая каша творится в его голове. Но обрадовать парня несложно.
— Ну теперь давай-ка, спрашивай.
Людвиг застыл. Эйнар чуть не рассмеялся, видя такой интерес в заблестевших глазах парня.
Капсула писала, что она сейчас делает, прямо в воздухе над собой. Прозрачное поле постепенно заполняется, значит, всё переносится, как и должно.
— Так что это всё вообще такое?
— С чего бы начать? — Эйнар задумался. — В Беллите я был в подобном убежище, Святилище, как называла его Берна, давно заброшенная крепость храмовников.
— Храмовники? — Людвиг нахмурил лоб. — Имеешь в виду конгрегаторов?
