– Ладно-ладно, больше не скажу ни слова о твоем занудстве. Признаю свою ошибку. Больше этого не повторится. А теперь вперед! Ведите нас, господин генерал! – Обижаться или сердиться на нее было совершенно невозможно, и я присоединился к ее смеху.
У ворот нас встретил усиленный наряд солдат. Один из стражников поинтересовался, кто мы такие и куда идем. Я как можно более подробно ответил, что мы бежим от набегов, в результате которых погибла вся наша деревня. И теперь мы идем к родственникам.
– Ваши родственники живут здесь, в Артрерии?
– О нет, что вы, господин офицер. Просто так короче идти. По крайней мере именно так мы ездили к ним раньше.
– Я не офицер, – смутился солдат.
– О, вы им обязательно будете, – чирикнула Ольга. – У вас вид настоящего офицера.
– Ладно-ладно, проходите, не задерживайте других людей, – смутился солдат. – И, так и быть, как беженцев мы пустим вас без входной пошлины.
– Благодарю вас.
Мы быстро прошмыгнули мимо стражников.
– Кажется, пронесло.
– А что тут такого сложного? – удивленно спросила у меня Ольга. – У них нет оснований нас задерживать.
– Подождите! Стойте!
Мы разом обернулись. За нами бежал один из тех солдат, что я видел в карауле. Он размахивал руками, с явным намерением привлечь наше внимание. Вроде никакой угрозы от него не было, но я напрягся. Встревожено взглянули на меня Рон и Ольга. Роксана, учитывая ее возраст, осталась ко всему равнодушной.
Солдат подбежал к нам и остановился, переводя дух.
– Ребята, я слышал, что вы беженцы? Вы из одной деревни?
– Не совсем, – осторожно ответил я.
– А вам какое дело? – одновременно со мной спросил Рон.
– О, я не хотел вас обидеть. Ведь, если я правильно понял, вся ваша родня погибла, и вы идете к родственникам.
– Сестре моей матери, – уточнил я.
– Да-да. Но ведь здесь в городе у вас никого нет?
Все эти вопросы насторожили меня, но лгать необходимости я не видел.
– Нет.
– Вот именно. А вы ведь наверняка в дождь попали, вам надо где-нибудь остановиться, отдохнуть, обогреться, с вами ведь девочка маленькая. Я тут знаю место, где вы найдете кров и пищу. Один мой знакомый специально организовал приют для беженцев. Их сейчас много направляется с юга. Вам же придется всего лишь помочь ему кое в чем по хозяйству.
– Мы подумаем, – осторожно ответил я. Не нравилось мне это предложение, хотя я и сам не мог объяснить почему. Тут одно из двух: либо этот знакомый солдата и в самом деле такой альтруист, проявляющий заботу о ближних (во что я верил с трудом); либо он просто использует в своих целях дешевый труд беженцев. Правда, непонятно, что можем сделать мы, дети. А раз мне что-то непонятно, то я намеревался держаться от этого подальше.
– Вот здесь записан адрес… хотя вы же читать не умеете. Тогда просто покажите бумажку прохожему, и он вам объяснит дорогу. А если идти отсюда, то это недалеко. Сейчас прямо по улице и у ближайшего поворота свернете направо. Увидите высокий пятиэтажный дом. Вы его ни с чем не спутаете, он довольно приметный. Напротив этого дома и располагается приют моего знакомого. Ну, всего хорошего. Желаю удачи. – Солдат повернулся и, насвистывая какую-то песенку, удалился.
То, что он не стал убеждать нас или настаивать, чтобы мы обязательно отправились к его знакомому, частично рассеяло мои подозрения.
– Мы пойдем туда?
Я открыл рот, потом закрыл и посмотрел на Роксану.
– Не стоило бы, – несмело возразил я. – Не нравится мне это предложение.
– Девочке нужен отдых, – напомнил Рон. – К тому же она может и заболеть. Хоть мы и высушили свою одежду у костра, но ей все равно нужна теплая постель.
– Ты знаешь, – неуверенно начала Ольга. – В другой раз я согласилась бы с тобой, Егор. Мне тоже не нравится все это. Но сейчас… Роксане действительно нужен отдых. И горячая еда. В конце концов, солдат не настаивал. А уйти мы всегда сможем, если заметим что там что-то не так.
– А, ладно. – Я махнул рукой. – Может у нас у всех и в самом деле паранойя. Нам в каждом слове какой-то заговор мерещится. Вполне возможно, что это действительно какой-нибудь богатый человек решил помочь беженцам. Идем.
Пятиэтажный дом, о котором говорил солдат, мы нашли довольно быстро. Его действительно невозможно не заметить хотя бы уже потому, что он тут один такой высокий. Остальные дома, располагавшиеся вокруг, максимум трехэтажные. Напротив этого дома мы не сразу отыскали небольшую двухэтажную постройку, по внешнему виду напоминающую трактир. Впрочем, трактиром это точно не было. Никто не станет прятать трактир в глубине сада. Сам дом оказался довольно симпатичным.
– Мило, – заметила Ольга. – Мне кажется, что здесь не может быть никакой опасности.
– Ага, – буркнул я. – Если бы зло было так легко распознать… – Но поскольку ничего конкретно я возразить не мог, то ограничился только этим бурчанием.
Ольга первая поднялась на крыльцо и осторожно постучала.
Дверь открыла какая-то хмурая старуха в цветистом платье. Она несколько секунд разглядывала нас и вдруг расплылась в приветливой улыбке.
