— Неважно, что она думает, — говорю я, — значок префекта не сделает ее одной из нас. Она просто отчаянно хочет, чтобы мы забыли, что она всего лишь благотворительный фонд Спиркреста. Она не стоит нашей депрессии — Давайте танцевать.
Она улыбается в тихом триумфе. Я сглатываю комок ярости. Наглая ухмылка Луки, пожимание плечами Якова и Сева, довольная улыбка Жизель — я изо всех сил стараюсь не обращать на них внимания.
На самом деле им это нравится. Им нравится, что я не могу подойти к Софи так же, как она к нам.
Молодые Короли могут иметь в Спиркресте кого угодно и что угодно, но, несмотря ни на что, Софи — вне зоны досягаемости.
И даже если я провожу остаток ночи, танцуя с девушками и смеясь с друзьями, потому что такова моя роль, в глубине души я могу делать все, что хочу. Я могу думать только о Софи, сколько угодно и как угодно.
Я представляю ее с длинными темными волосами, серьезным ртом и карими глазами. Она, наверное, вернулась в общежитие.
Наверное, расписание уроков и списки терминов. Вероятно, у нее аккуратный стол и безупречно подобранные канцелярские принадлежности. На подоконнике лежат книги в мягких обложках.
Она, вероятно, собирается принять душ, расчесать волосы, пока они не станут такими прямыми и гладкими, что будут падать на голову как шелк. Как она выглядит, сбросив с себя броню школьной формы? Лишенная значков и очков? Как выглядит Софи Саттон, обнаженная, с мокрыми волосами, сверкающими на плечах?
Что она надевает в постель? Она все время такая серьезная, что наверняка носит пижамные комплекты, брюки и топы с длинными рукавами с контрастной отделкой по воротнику и рукавам.
А может быть, она вообще ничего не надевает, когда ложится в постель.
И когда я представляю, как она ложится в постель, я представляю ее именно в своей постели. Я не знаю, почему, и не могу этого объяснить. Но я представляю, как Софи, с длинными волосами, спадающими вперед, забирается в мою кровать, ее длинные конечности скользят по простыням.
Если бы Софи Саттон оказалась в моей постели, не было бы ни объятий, ни нежностей.
Я бы имел ее в горло, на моем члене, принимая меня. Ее надменное лицо исказилось от удовольствия и боли. Ее руки сжимают мою грудь, ногти впиваются в мышцы.
Софи — гордая, упрямая штучка.
Одна мысль об этом вызывает у меня улыбку. Сломать Софи Саттон — это игра, в которую я никогда не устану играть. Представление всех способов, которыми я могу сломать ее, приносит мне такое удовольствие, что это почти лучше, чем секс.
Но сломать Софи было нелегко, и это мой последний год, когда я могу это сделать.
Похоже, мне придется проявить изобретательность.
Софи
я обычно остаюсь в школе на половину семестра, пока все едут домой, потому что мои родители работают в кампусе и им не дают выходных до Рождества. Большую часть времени я провожу, свернувшись калачиком на кровати, читая книгу. Но в этом году все по-другому. Многие студенты из-за необходимости подать заявление в университет тоже остаются в кампусе.
Араминта и Одри остались. Это редкая и ценная возможность, потому что обычно мы все расходимся на каникулы.
Шестиклассникам разрешено выезжать в город во время каникул, и мы пользуемся этой возможностью, чтобы погулять по городу, пройтись по магазинам и сходить в кино. Это очень нужный отдых и, что очень важно, очень нужное отвлечение.
В связи со странной встречей с Эваном в учебном корпусе и стремительным приближением программы наставничества мое беспокойство нарастает.
К сожалению, наставничество над Эваном — не единственный источник моего беспокойства. Помимо переживаний по поводу оценок и подачи документов в университет, я также начала беспокоиться о деньгах.
В Спиркресте все мои расходы на проживание берет на себя школа. Я живу в кампусе и провожу здесь же большую часть своих каникул. Родители дают мне небольшое пособие на еду, одежду и книги, и этого более чем достаточно, чтобы прожить.
Но сейчас я столкнулся с проблемой денег. Даже если я смогу получить кредиты или стипендии на обучение, мне понадобятся деньги. Деньги на проезд, на аренду, на еду, на оплату счетов. Деньги на все — больше, чем когда-либо смогут позволить себе мои родители.
Особенно если я поступлю на юридический факультет Гарварда, куда я подаю документы, о чем мои родители даже не знают.
Найти работу было бы несложно, и я не боюсь тяжелой работы. Но в Спиркресте есть правило, запрещающее студентам брать подработку. Да и это не вариант, потому что, если это не каникулы, нас обычно не выпускают за пределы кампуса.
Деньги — это вопрос, который постоянно занимает мои мысли, даже когда я с девочками. Одри, конечно, не преминула это заметить.
— Что у тебя на уме, хмурое лицо?
