Рыцарь в стиле хай-тек полностью

—  Тогда ты из будущего?

Нет.

—  Из прошлого?

Да.

—  В далеком прошлом существовала затерянная цивилизация?

Да и нет.

Тут Анна меня немного запутала. Как она могла быть там и не там одновременно? Раз есть технология, есть и цивилизация, не так ли?

— Ты продукт цивилизации?

Да.

—  Твоя цивилизация находится в далеком прошлом?

Да.

—  Тогда почему… ага, она там, но не потеряна?

Да.

—  Теперь понимаю. Если у тебя есть машина времени, ты никак не сможешь затеряться. Вернемся к тебе. Ты — разумное творение биоинженерии.

Да и нет.

—  Опять ты за свое. Тебя — или, по крайней мере, твоих родственников — создали искусственно?

Да.

—  И ты разумна.

Да и нет.

—  Ага. Ты разумна, но не так умна, как я?

Да.

—  Если это правда, то я не далеко от тебя ушел. Я до сих пор не видел, чтобы ты хоть раз поступила необдуманно. Зато сам бог знает сколько натворил глупостей. Анна, ты явно понимаешь по-польски. Ты можешь читать?

Да.

—  А писать?

Нет.

—  Анна, если я сделаю большой плакат с буквами и цифрами, ты сможешь указывать мне на них и составлять слова?

Да и нет.

—  Ты можешь попробовать, но твое правописание оставляет желать лучшего?

Да.

—  Прекрасно. Мы сделаем плакат, как только вернемся в Три Стены. Анна, ты слишком разумна, чтобы с тобой обращаться как с животным. По мне — ты практически человек. Я не владею тобой, но хочу оставаться твоим другом. Хорошо?

Да.

—  Ты согласна работать на меня, делая то же, что делала до сих пор?

Да.

—  Большинству работников в Трех Стенах я плачу по гривне в день, тебе подойдет такая плата?

Да.

—  Замечательно. Мы подсчитаем все, что я должен тебе с того момента, когда встретил тебя в Кракове. Получится около трех сотен гривен. Если хочешь, я подержу твои деньги у себя, а когда тебе что-то понадобится, ты просто дашь мне знать, ладно?

Да.

—  Хочешь ли ты присягнуть мне, как и остальные мои люди?

Энергичное «да ».

— Так и поступим. Но для того чтобы все было по правилам, нужны свидетели, поэтому, думаю, мы потерпим до возвращения в Три Стены, да?

Да.

Такого большого прорыва у меня давно не случалось.

Готовясь к продолжению пути, я сказал:

— Анна, нам нужно больше слов, чем просто «да» или «нет». Как насчет того, чтобы покачивание хвостом означало — тебе все равно, а это твое «да-нет» — я задал неправильный вопрос?

Да-нет.

—  Думаю, я это заслужил. Те два вышеописанных знака приемлемы для тебя?

Да.

Она обладала таким же строго логическим умом, как компьютер.

— Со временем мы сможем вести длинные беседы, но пока что есть ли что-нибудь, что тебе не нравится и что в моих силах исправить?

Да.

После новой серии вопросов я узнал, что это. Анне нравилась еда и не утомляла работа. Люди достаточно хорошо с ней обращались, она любила путешествовать. Анне не мешало седло, но уздечка доводила до сердечного приступа. Не мог бы я снять проклятую штуковину?

— Счастлив услужить, дружище. Ты в любом случае никогда не обращала на нее внимания.

Мы продолжили путешествие на юг, в Высокие Татры. Некоторые дотошные ученые заявляют, что Татры — часть Высоких Бескид, а Бескиды — часть Карпат, но, как их ни назови, они все равно будут вполовину больше любой горы в Новой Англии. По мне, так это самые красивые горы в мире, и я влюбился в них с того самого момента, когда отец впервые взял меня сюда маленьким мальчиком.

Прекрасный день, чистое горное небо и свежий горный воздух… Анна набрала приличную скорость, а многие славянские песни написаны специально для наездников, чтобы их можно было напевать под стук копыт. Я был в отличном настроении и пел «Польский патруль», когда приблизился к самому удрученному человеку, какого только видел в жизни. Человек сидел прямо на дороге, уронив голову на руки и поставив локти на колени.

Я остановил Анну. На самом деле я только подумал о том, чтобы остановиться, а Анна поняла мое желание по мельчайшим изменениям положения моего тела на ее спине.

— Я знаю тебя, ведь так? — спросил я.

Человек поднял голову и посмотрел на меня, но в его глазах не появилось проблеска узнавания.

— Конечно, я знаю тебя, — продолжал я. — Ты — Иван Тарг. Ты пустил меня в свой дом прошлой зимой, когда я пропадал на морозе.

— Да, теперь я припоминаю. Ты — тот гигант со священником…

Голова Тарга снова упала на руки.

Я слез с лошади и сел рядом с ним.

— Расскажи мне, друг, почему ты так опечален? Что такого страшного случилось?

— Вот. — Он показал на поле.

Только через несколько секунд до меня дошло, что именно с ним не так. Обычно на одном поле сажают два вида растений одновременно, в нашем случае рис и пшеницу. Если погодные условия не подойдут для пшеницы, вызреет рис, и наоборот. Большинство польских хлебцев делают из смеси зерен, так что после сбора урожая не надо разбирать колосья. Но на этом поле каждый колос лежал, прибитый к земле.

— Дождь? — спросил я.

— Град. Прошлой ночью у нас бушевала буря.

— Жалко. Тебе это вылетит в копеечку.

— Мне это будет стоить жизни. Мне и моей семье.

— Но ведь есть и другие поля…