Мужественный рыцарь Уильям Фицалан, прославившийся в многочисленных сражениях, получил РѕС' короля достойную награду: земли, замок и руку РёС… прежней владелицы, прекрасной Кэтрин, леди Рейберн.Однако после свадьбы его ждал неприятный СЃСЋСЂРїСЂРёР· — новобрачная покорно согласилась выполнять обязанности жены, но любви и душевной привязанности не обещала. Ведь она и сама не верила в искреннюю страсть мужа.Что делать Уильяму, которого Кэтрин очаровала с первого взгляда? Страдать? Добиваться взаимности силой? Р
Он проснулся от того, что дверь конюшни скрипнула.
Уильям оторвал голову от соломы, прислушался, рука сама легла на рукоятку кинжала. Послышались легкие шаги. Он бесшумно поднялся на ноги. Человеку с добрыми намерениями нечего было делать в конюшне в этот час.
Фигура в плаще с накинутым на голову капюшоном двигалась вдоль ряда лошадей, которые начинали храпеть и вскидывать головы. Уильям подождал, пока человек, в руках у которого была свеча, не приблизился к висящему на столбе фонарю, явно собираясь его зажечь. Каковы бы ни были намерения пришельца, огонь был еще опаснее. Как только неизвестный задул свою свечу, Уильям в три прыжка одолел расстояние между ними.
Вошедший повернул голову.
Уильям увидел колыхание юбок, девичье лицо, испуганные, широко раскрывшиеся глаза. Он непроизвольно обхватил девушку за талию и, прежде чём они свалились на землю, успел перевернуться в воздухе так, чтобы смягчить ее падение.
— Пожалуйста, извините меня! — сказал он, выпуская ее и вставая на ноги. — Я вас не ушиб?
Он хотел подать руку, чтобы помочь ей подняться, но она быстро вскочила сама; из-под капюшона хлынули волны прекрасных волос. Она с опаской смотрела на него.
Уильям вгляделся. Как мог он принять за мужчину эту красивую и хрупкую девушку? Судя по шелковому платью, видневшемуся в разошедшихся полах плаща, она принадлежала к знати. У нее были тонкие черты лица, полные губы слегка приоткрыты. Он прищурился, пытаясь в полумраке определить, какого цвета у нее глаза. Непроизвольно протянул руку, чтобы вытащить застрявшие в ее волосах соломинки. И отпрянул, уловив блеск оказавшегося в ее руке кинжала. Он легко мог бы выбить кинжал, но побоялся испугать девушку.
— Кто вы и что здесь делаете? — требовательно спросила она.
Девушка тяжело дышала и держала кинжал, целясь ему в сердце.
— Отвечайте немедленно, или я закричу — и сбежится стража.
— Я рыцарь на службе у графа Нортумберленда, — сказал он успокаивающим тоном. — Я поздно приехал, зал уже был забит гостями, так что я решил переночевать здесь.
Он не собирался сообщать ей, что прячется в конюшне. Вечером, вручая послание от графа Нортумберленда, он заметил некую вдовушку, которую знавал при дворе. Предпочтя спать в одиночестве, он быстро сбежал.
— Теперь, когда вы знаете причину, по которой я оказался здесь, могу я спросить о том же у вас? — спросил он. — Представляется мне — вам совсем не следует в такой час ходить сюда одной.
Она не ответила, но даже при таком скудном свете он заметил, что она покраснела.
— Вы ведь знаете, как опасно для юной леди в одиночку бродить по ночам, особенно когда в замке полно мужчин и вино льется рекой.
— Мне не спится, — сказала она неприязненно. — Поэтому я решила поехать прогуляться.
— Вы не можете ехать одна среди ночи! — Понизив голос, он добавил: — В самом деле, вы ведь не собираетесь совершить такую глупость?
Губы ее сжались, глаза засверкали — и в голову ему пришла сумасшедшая мысль.
— Если вы пришли, чтобы встретиться с мужчиной, он не дорожит вами так, как следовало бы, иначе не просил бы вас вот так выйти одной.
Он решил, что ей около шестнадцати, то есть что она лет на шесть моложе его. В таком возрасте, предположил он, простительно быть наивной.
— Встретиться с мужчиной? — сказала она, поднимая глаза к небу. — Нет, это было бы глупо.
Видимо, посчитав, что он не опасен, девушка убрала кинжал в ножны, висевшие на поясе. Не успел он почувствовать облегчение, как она повернулась и сняла со столба уздечку.
— Мне пора, — произнесла незнакомка, сжимая уздечку в руке.
— Я не могу вас отпустить, — сказал он, прикидывая, как ее остановить.
Была глубокая ночь, отвести девушку в ее комнату он не мог — если бы она начала вырываться и кричать, это могло быть чревато крупными неприятностями для обоих.
— С прогулкой, конечно же, можно подождать до утра, — возразил он.
Она смотрела на него с угрюмой решимостью, заставляя гадать, что она попробует сделать, чтобы проскочить мимо него.
— Если я назову вам причину, по которой я не могу ждать, — наконец сказала она, — вы согласитесь меня отпустить?
Он кивнул, хотя по-прежнему имел все основания ее остановить.
— Завтра я должна выйти замуж.
В груди у него неожиданно поднялась волна разочарования. Он знал, что замок полон народу по случаю свадьбы, но ему и в голову не пришло, что эта невероятно прелестная девушка и есть невеста.
Поскольку он молчал, она, по-видимому, решила, что должна сказать больше, чтобы он позволил ей уйти.
— Я не жду, что этот брак будет для меня счастливым, — сказала она, вскидывая голову. — Своего жениха я не могу ни любить, ни уважать.
— Тогда вам следует сказать об этом вашему отцу; может быть, он переменит свое намерение.
Говоря так, Уильям знал, что если свадьба назначена на завтра, изменить что-либо уже невозможно.
