— Генералы никогда не сделают ставки на СС, СД и гестапо и соответственно не поставят на Гиммлера. Кто у тебя в Варшаве принял шифровку от «Ольги»?
— Фотограф. Сейчас это «Человек без имени».
— Бывший лейтенант госбезопасности Лавров Роман Романович? — вспомнил Максимов.
— Теперь он фольксдойче Вильгельм Оберейтер. Легенда надежная.
— Стоит все хорошо продумать и взвесить, Иван Артурович.
— Да. Владимир Иванович.
— Я пока не стану докладывать наверх, Иван.
— Но нам нужно ободрение Берии. Сами мы планировать такие акции не можем.
— Это не акция, Иван Артурович. Это всего лишь сбор информации. И не думаю, что это большая тайна для Берии. У него есть в Берлине свои агенты и информацию он получает.
— Но что потом, когда мы соберем информацию, Владимир Иванович? Тогда нужно будет принимать решения.
— Вот и примем их потом. А пока стоит получать больше информации…
Москва.
Внутренняя тюрьма НКГБ.
Июнь, 1944 год.
Майор Абвера Альфред Лайдеюсер, попавший в плен весной 1944 года в прошлом был начальником отделения СОН (Саботаж Ост Норд) в структуре Абвер-2-Ост. После убийства в Харькове генерала фон Брауна осенью 1941 года смещен с поста, и переведен заместителем начальника небольшой абвершколы технического профиля в городок Брайтенфурт в Австрии.
Лайдеюсер, хорошо эрудированный человек, говорил на пяти языках и был предан делу разведки. Он никогда не позиционировал себя убежденным сторонником национал-социалистов и Адольфа Гитлера. Но именно Гитлер возродил Германию и дал работу Лайдеюсеру. Поэтому годы с 1939 по 1941 были самыми счастливыми в его жизни. Он занимался любимым делом.
Но после провала осенью 1941 года и гибели генерала фон Брауна его отстранили он агентурной работы в Абвер-2-Ост и назначили в Брайтенфурт. Подготовка агентов из русских, согласившихся работать на рейх, ему не нравилась. Он хорошо понимал, что результативность его работы в абвершколе была весьма низкой. Большинство забрасываемых диверсантов, или сами сдавалась, или их брали люди из НКВД.
В конце 1943 года Лайдеюсеру удалось добиться возвращения на работу в Абвер-Ост. Он, как его начальник полковник Абвера Густав Штольцэ, был сторонником привлечения русских и украинцев к борьбе с большевизмом. Ставку они хотели сделать на армию Власова. Но Гитлер и Гиммлер упорно отказывались признавать Власова и его войско. Лайдеюсер считал, что это большая ошибка.
Он несколько раз заводил этот разговор с полковником. На что Штольцэ ответил:
— Я говорил об этом с адмиралом. Просил его убедить фюрера. Но фюрер и слышать про это не желает. Он считает, что количество русских рабочих в рейхе слишком велико. И он опасается восстания, если РОА Власова станет реальной силой. И Гиммлер привел пример «Дружины», боевой части сформированной из русских под началом полковника Гиля-Родионова.
Лайдеюсер отлично знал, что такое «Дружина». Её сформировали для борьбы с партизанами. Но во время операции по прочесыванию деревни, в которой укрывались партизаны, солдаты «Дружины» неожиданно напали на отряд СС, сопровождавший конвой. Немцев застигли врасплох, и все они были перебиты. Родионов увел весь свой отряд к красным и, как говорили, был принят самим Сталиным.
— Но Власов не Родионов.
— Попробуйте объяснить это Гиммлеру. Нет. Русским они не верят, Лайдеюсер
— А что насчет украинских националистов, герр полковник?
— С этими дела еще хуже. После того как отряд УПА совершил нападение на конвой обергруппенфюрера Лютце — ОУН-УПА наши враги.
— Но прошло время и нам стоит пересмотреть политику. Разрешите мне прощупать почву, герр полковник.
— Хорошо, Альфред, — согласился Штольцэ. — Но работать нужно осторожно.
Так Лайдеюсер стал начальником Абверштелле-Ровно. Майор понимал важность образовавшейся в лесах западной Украины Украинской повстанческой армии. Он видел в этой армии силу, что будет противостоять большевикам, когда вермахту придется оставить те земли[31].
Но выполнить миссию Лайдеюсер не успел. Помешало наступление русских, которые освободили Ровно. Для Абвера настали тяжелые времена. Ряд видных сотрудников были арестованы гестапо по подозрению в подготовке покушения на Гитлера. А после громких провалов адмирала Канариса уволили в отставку. Фюрер приказал создать единую службу сбора и доставки секретной информации. И руководство этой службой поручил рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру.
Лайдеюсера ждал перевод в армию, но его выручил штурмбаннфюрер Фридрих Вильке, карьера которого стала выравниваться. И именно благодаря Вильке майор вернулся к агентурной работе и отправился в Луцк, захваченный Красной Армией. Но и здесь ему не повезло, он был разоблачен и попал в плен…
Нольман лично проводил допрос майора Абвера Лайдеюсера.
— Рад нашей встрече, герр майор! — приветствовал его Нольман по-немецки.
— Не могу сказать, что тоже рад, товарищ Нольман, — по-русски ответил Лайдеюсер. — Или вы предпочитаете немецкий язык?
— Можно говорить и по-русски. Тем более что ваш русский хорош.
— Как и ваш немецкий, товарищ Нольман.
