В июле 1938 года Бек направил меморандум на имя главнокомандующего сухопутными войсками генерал-полковника фон Браухича. В нём он призвал военное руководство страны к уходу в отставку, чтобы не допустить начала новой мировой войны. Бек заявил, что на карту поставлен вопрос о самом существовании нации. Но ни фон Браухич, ни генералитет не последовали призыву Бека. Он сам подал рапорт об отставке и прекратил исполнять обязанности начальника штаба сухопутных сил. Гитлер принял его отставку, но пожелал сохранить видимость единства военной элиты Германии. Потому отставка Бека носила почетный характер.
В штаб-квартире фюрера знали, что генерал Бек объединил вокруг себя офицеров настроенных враждебно к нацистскому режиму и барон Нейрат среди них. Он был человеком умным, но не придерживался столь либеральных взглядов как генерал-полковник, который находил возможным взаимодействие с представителями социал-демократии.
— Барон, у вашей дочери скоро праздник. Не так ли? — спросил Нейрата Бек неделю назад.
— Да, герр генерал. И я имел честь пригласить вас в мой особняк в день торжества.
— Я рад бы принять ваше приглашение, барон, но обстоятельства мешают тому. У вас будет много гостей?
— Да, генерал. И люди близкие нам по духу. Они соберутся в назначенный час.
— Час близится, барон. Я хотел бы знать, кто готов делом подтвердить свою верность Германии, а не только на словах. Многие по образу своих мыслей на нашей стороне, барон. Но они способны только говорить. Обсуждать будущее Германии без национал-социалистов. Однако выступить против Гитлера они никогда не решатся.
— Я не из их числа, герр генерал. На меня вы можете всегда рассчитывать.
— Я это знаю, полковник. Никогда не сомневался в вас. Но я хочу вам сказать сейчас, что для меня ЭТОТ человек уже мёртв[39]! И именно этим будут определяться мои дальнейшие действия. Я никогда не сойду с этого пути, полковник.
— Я с вами, генерал. Но как скоро?
— Выступление произойдет в самое ближайшее время, полковник. Поэтому мне нужно знать о позиции каждого из ваших гостей, что имеют отношение к судьбе Германии. Я, к сожалению, не могу принять участие в совещании в вашем доме, полковник. Я под наблюдением гестапо. Не хочу ставить вас в неудобное положение.
— Я все понимаю, генерал…
Барон фон Нейрат принимал гостей в честь дня рождения своей дочери Эльзы. Среди гостей он увидел девушку с сиреневом палате. У полковника была отменная память на лица. И он сразу выделял людей, которых видел в первый раз. Но девушка больше привлекла его красотой.
Он подошел к дочери.
— Скажи мне Эльза, а кто вот та девушка в сиреневом?
Эльза посмотрела и ответила:
— Это знакомая или подруга Герды фон Штюльпнагель. Она привела её. Имя этой девушки Ева. А вот фамилию я не запомнила. Но она в обществе никому не известна. А почему ты спросил, папа?
— Просто так. Я никогда не видел её ранее. Но она одета изыскано и ведет себя как настоящая аристократка.
— Ты думаешь, папа?
Эльза еще раз посмотрела на Еву и согласилась с отцом.
Но Нейрат хотел узнать кто она. Потому отправился к молодой Герде фон Штюльпнагель, которая давно была первой нарушительницей спокойствия в доме своего отца генерала Карла фон Штюльпнагеля главнокомандующего войскам и вермахта во Франции.
— Рад вас видеть, фройлен Герда. Вы уже в Берлине. Давно прибыли из Франции?
— Две недели назад, барон.
— Как ваш отец?
— Спасибо, барон. Он здоров.
— Я хочу вас спросить про девушку в сиреневом. Моя дочь сказала, что она пришла с вами.
— В сиреневом? Это которая?
— Вон та, что стоит у бюста Бисмарка.
— Ах эта! Это фройлен Ева Шрат. Она довольно мила и служит в какой-то из канцелярий управления имперской безопасности.
— Так вы её не знаете? Эльза сказала, что это ваша подруга.
— Я познакомилась с Евой всего несколько дней назад. И девушка желает войти в хорошее общество Берлина. Говорят, она необычайно умна.
— А кто вас с ней познакомил? — спросил барон.
— Одна моя близкая подруга. Ева была у неё в гостях. Мы разговорились, и Ева сказала мне, что имеет приглашение в ваш дом, барон. Я посоветовала ей прийти. А почему вы спросили?
— Просто так, дорогая Герда.
— Вам приглянулась девушка?
— Она возраста моей дочери, фройлен. Я спросил просто так.
— Но у неё уже было приглашение, барон. Это не я помогла ей его раздобыть.
— В этом доме всегда много гостей, фройлен Герда.
Барон извинился перед девушкой и покинул её. Он подошел к брату своей жены Карлу Гёрделеру.
— Карл.
— Отто! Почему у тебя такой вид? Что-то случилось?
— Я хотел тебя спросить знаешь ли ты девушку по имени Ева Шрат?
— Ева Шрат? В первый раз слышу. А кто она?
— Сегодня она среди гостей моей дочери. И меня удивило, что у неё есть приглашение.
— Но кто она?
— Вот это я и хотел бы выяснить, Карл. Пока могу отметить, что девушка свежа и весьма красива.
— Ах вот оно что, — засмеялся Гёрделер. — Ты снова увлекся красавицей. Хоть я и брат моей сестры и должен быть на её стороне, но…
— Карл, я не о том, что увлекся. Я о том, кто она такая.
