Деклан даже не вспотел. Он сохранял спокойствие и равновесие до тех пор, пока эта игра ему не приелась. Тогда он замахнулся посохом с в сторону и хлёстким ударом по запястью отправил меч Дариуса лететь по воздуху. Тем же движением он коснулся концом посоха виска противника, и Дариус, повалился на землю.
Поверженный Дариус тяжело дышал, чувствуя себя как никогда неуверенно, и осознавая наконец всю тщетность своих усилий. Он не мог сравниться с этим мужчиной – тот был в тысячу раз быстрее, сильнее и смертоносней, чем Дариус представлял себя в самых смелых мечтах. Щурясь от солнца, он поднял глаза и увидел, что Деклан стоит над ним и протягивает ему руку.
Дариус ухватился за его ладонь и позволил себя поднять.
"Я знаю, – ответил Деклан, – потому что я – единственный выживший".
Дариус был ошеломлён.
"
Деклан ничего не сказал, а Дариус почувствовал, как вокруг его нового знакомого сгущается туман тайны.
"Вы будете меня тренировать?" – спросил Дариус с надеждой, переводя дыхание. "Вы сможете сделать из меня мастера?"
Деклан, к удивлению Дариуса, резко развернулся и пошл прочь.
Дариус смотрел ему вслед и сгорал от любопытства.
"Кто вы?" – крикнул он вдогонку.
Но мужчина не обернулся и вышел через железную дверь, оставляя Дариуса одного во дворе. Тот, слушая эхо собственного голоса, пытался понять, почему мужчина, с которым он только что познакомился, казался ему странно знакомым.
Лоти проснулась от лязга металла и тут же подскочила, озираясь вокруг и пытаясь понять, где находится. В горле у неё пересохло, глазам было сложно привыкнуть к тусклому освещению, а в голове всё ещё мелькали картинки снов. Ей снилось бесконечное путешествие в железной повозке, в конце которого она съезжает с края мира и катится по скалам, падая в океан.
Лоти проснулась с ощущением, что что-то неладно, и начала восстанавливать в памяти предыдущие события. Там, где она сейчас оказалась, было душно и тяжело дышать. В воздухе клубилась пыль, сквозь которую она разглядела очертания прутьев решётки и поняла, что заперта в клетке. При первой же попытке встать, она ударилась головой о низкий потолок и тут же легла обратно. Оглядевшись внимательней, она заметила, что вокруг на грязном полу беспорядочно лежит ещё дюжина тел. Она кое-как развернулась и увидела, что за прутьями была пыльная пустыня, от которой рябью расходились волны жара. Стало ясно, что клетка стояла в центре крохотной оживлённой деревушки, по улицам которой сновали взад-вперёд повозки с лошадьми и бродили закованные в кандалы рабы. Она услышала щелчок, и сердце её сжалось от ужаса, потому что этот звук был знаком ей слишком хорошо – надзиратель неподалёку хлестал раба кнутом по спине.
Потом она вспомнила, что сделала её мать. Та завела её и брата в ловушку и продала их в рабство. Это был непростительный поступок.
"Сестра", – послышался голос.
Лоти вздохнула с облегчением, узнав этот голос, и обернулась к своему брату, Локу, который был прикован рядом с ней. При виде его у неё на глазах выступили слёзы радости.
Они обнялись, и она крепко прижала его к себе.
"Ты проспала весь день", – сообщил он. "Работорговцы привезли нас сюда прошлой ночью и бросили в этот загон для скота. Теперь мы ждём, как решится наша судьба".
Лоти ужаснулась от того, на что её обрекла собственная мать.
"Как она могла так с нами поступить?" – спросила она.
Лок горестно опустил голову.
"Должно быть, у неё была на то причина", – ответил он. "Наверное, она решила, что так будет лучше для нас".
Лоти яростно тряхнула головой. Лок всегда выгораживал мать, что бы та ни натворила.
"Лучше для нас?" – переспросила она. "Лучше чего это может быть? Мы снова в рабстве".
Он пожал плечами.
"Возможно, она думала, что если бы мы остались с Дариусом, нас ожидала бы худшая участь".
Послышалось бряцанье ключей, и Лоти, обернувшись, похолодела, когда увидела, как надзиратель вытащил из клетки нескольких рабов, схватил их за лодыжки и поволок по камням. Затем несчастных подняли и пинком отправили в поле – туда, где сотни других таких же разбивали скалу и выбирали из почвы обломки.
Ещё двое надзирателей приблизились к клетке, и Лоти, переполненная ненавистью, потянулась рукой и нащупала спрятанный на поясе кинжал. Она не собиралась мириться с рабской долей – ни за что в жизни. В этот раз он собиралась погибнуть, сражаясь.
Когда надзиратели подошли вплотную, она обернулась к Локу.
"Такого больше не будет", – сказала она решительно. "Я больше никогда не стану рабыней".
Лок успокаивающим жестом положил ладонь ей на запястье и едва заметно в темноте покачал головой.
"Прошу тебя, сестра, не делай этого. Умоляю. Ради меня. Прибереги свой пыл для другого раза. Ты убьёшь одного и погибнешь сама".
"Я в любом случае погибну", – сказала она. "Так я хоть одного из них заберу с собой. Почему бы мне этого не сделать?"
"Потому что я, – быстро и настойчиво прошептал он, – хочу убить
